Jump to content


Photo

Сталкерская быль.роман.


38 replies to this topic

#1 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 03 November 2009 - 11:26

Друзья!Вот, решился на сочинение(пока другие дела не затянули)
Буду здесь вывешивать по мере создания. Комментарии прошу размещать здесь,чтобы не ломать строй самой книги, хорошо?
А сейчас, помолясь, начнем, пожалуй...
Рожденные в Зоне.

     Для государства их не существует, ведь у них нет никаких официальных документов, подтверждающих сам факт рождения.
     Они никогда не ходили в детский сад, школу, даже не пробовали поступать в институты. Многие из них даже не подозревают о существовании образовательных учреждений.
     Их убивают военные, у которых есть приказ открывать огонь на поражение по всему, что движется.
     Их убивают сталкеры Долга, потому что считают их порождением Зоны, ничем не отличающимися от бюрера, химеры или кровососа.
     Их убивают бандиты – просто так, для развлечения.
     Их убивают наемники – как ненужных свидетелей.
     Их убивают члены клана Монолит, потому что они не принадлежат к их вере.
     Их до смерти пытают одиночные сталкеры, уверенные, что они точно знают, где в Зоне лежат самые дорогие артефакты.
     Их ловят ученые, чтобы медленно резать на куски в своих лабораториях, изучая воздействие Зоны на человеческий организм.
     Их используют как пищу монстры, порожденные большим Выбросом.
     Одни только члены клана Свобода относятся к ним с некоторой долей сострадания, и то, пока трезвые и необкуренные.
     Единственные, кто встают на их защиту – немногочисленные представители клана Проводников, да отдельные легендарные полумифические персонажи – Лесник, Болотный Доктор, Отшельник, Черный Сталкер…. Но они редко оказываются рядом в нужную минуту.
     Иногда на их защиту неожиданно встают слепые псы, у которых где-то на генном уровне сохранились осколки памяти о том, что у них, как у всех нормальных собак, тоже были хозяева.
     Их мало.
     Зона на каждом из них оставила свой отпечаток, наградив за верность родной земле способностями, в иных, благополучных местах, показавшимися бы нормальным людям сверхъестественными. Здесь же такие способности всего лишь помогают им продлить жизнь.
     Они ведут потаенный образ жизни, скрываясь от мира людей на заброшенных хуторах, в развалинах брошенных городов и подвалах умерших заводов.
     Их очень мало.
     Они – рожденные в Зоне после аварии 1986 года.
     
Предсвадебный марш.
Книга первая.



  • 0

#2 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 13 November 2009 - 18:40



Хутор под защитой смерти.
     - Ты сам-то как считаешь? Пора становиться взрослым или еще погодишь маленько?
     Они сидели на большом шершавом камне у самой воды. Яркое весеннее солнце нагрело серые бока валуна, сидеть было приятно, думать не хотелось.

     Маленькое озерцо – капля чистой воды в море хвойного леса - лениво шевелилось внизу, едва не касаясь подошв.
     На том берегу под прикрытием могучих вековых сосен темнели творения рук человеческих – несколько бревенчатых домиков. Раньше тут, скорее всего, был охотничий кордон, егеря отдыхали, лесничие…

     А потом была Авария.

     Неизвестно, сколько эти дома простояли брошенными, но однажды в них робко постучались несколько семей беженцев, сорванных с обжитых мест невидимым ветром радиации. Никто не вышел им навстречу, не поздоровался, впрочем, и не обругал. Тогда беженцы осмотрелись, и стали здесь жить…
     Без толку сейчас спрашивать, почему они не ушли вместе с остальными в безопасные районы страны. Те, кто решил остаться, и сами вряд ли вспомнят причину. Да и выжили из них единицы.
     Место оказалось на удивление тихим и безопасным. Вокруг сплошной стеной стоял древний бор. Он-то и защитил озерко от радиации, принял весь удар на себя.
     Радиация пришла в виде облака пыли, поднятого в воздух взрывом реактора атомной электростанции. Пыль оседала на ветвях и траве, насыщая опушку бора смертью. А ночью неожиданно хлынул сильнейший ливень, смывший пыль с ветвей. И деревья остались жить.
     Через полгода сюда заехала научная экспедиция, замерила фон радиоактивного излучения на опушке, подивилась запредельным цифрам, опасливо покосилась в глубину леса – если здесь столько, сколько же тогда там?!- и уехала поскорее.
     Так и спало маленькое озеро, спрятанное от жадных людских глаз плотной стеной жизни из вековых деревьев, да защищенное от непрошеных гостей кольцом смерти из впитавшейся в почву радиоактивной пыли.
     Зверье, чуявшее смерть, сюда старалось без нужды не заглядывать, лихой человек умирал от излучения, не успев пересечь опушку. А добрые люди и вовсе куда-то подевались…
     С другой стороны, подальше от АЭС, начиналась топкая низина, постепенно опускавшаяся к большой реке. Там тоже никто не бродил – с одной стороны и трясина, и радиация опять же, с другой – ни дичи толковой, ни рыбалки, ни аномалий с артефактами.
     На маленьком хуторке волей случая оказались три семьи – две полных, с бабками, дедками, да малыми детками, да еще одна неполная – он и она: муж – не муж, жена – не жена…
     Впрочем, никто паспорта не глядел. А через пару лет о них никто уже и не вспоминал. Семьи освоились, обжились, поругались, помирились и стали жить общим хозяйством. Старики на подхвате, женщины на хозяйстве, мужчины…, ну, тут кто как смог. Кто охотой промышлял, кто рыбалкой. Нашли безопасные тропы через смертельное кольцо, стали в дальние концы путешествовать – одними грибами три семьи не прокормить, соль нужна, спички, прочие мелочи.
     Постепенно наладилась лесная жизнь у бывших трактористов, энергетиков и бухгалтеров. Так наладилась, что и новые дети стали появляться.

     А потом был Выброс.
     
     Жуткие  вещи о Зоне после Выброса рассказывали домочадцам возвращавшиеся из отлучек мужчины. Ходили они теперь только с оружием, которое от раза к разу менялось на более мощное. И в рассказах картины брошенных земель все чаще уступали место образам новых животных-мутантов и совсем уж страшных монстров.
     А несколько лет назад на хутор пробрался кровосос.

     Успела эта нечисть убить лишь деда Нила да тетку Оксану. Тут его и зарубили топорами случайно вернувшиеся этим вечером двое мужчин.
     Отдышавшись, они силой собрали всех домочадцев, попрятавшихся по чердакам и сараям. Собрали, и, указывая на мертвое страшилище, сказали сурово:
     - Смотрите и запоминайте. В следующий раз нас здесь может не быть. Сами будете защищаться. Вот куда этого гада лучше всего бить…

     Все дальше в Зону стали уходить мужчины. Все реже возвращались они обратно на хутор. Некоторые совсем перестали возвращаться, и узнать, что с ними, не было никакой возможности.
     А полтора года назад в крайний дом постучался первый чужой человек, сумевший одолеть кольцо смерти. От него жители хутора узнали, что в Зоне идет война между кланами, услыхали слова «сталкер», «монолит» и много других.
     Первый чужой человек скоро ушел, но так и остался для жителей хутора первым и единственным. Лишь чужим быть перестал. Иногда он возвращался с новостями. От него и стало известно, что в Зоне живут еще такие же как они. Немного, но есть. И даже передавал от них приветы.
     Звали человека отец Пимен. Сам себя он называл божьим странником, пытающимся в меру своих скромных человеческих возможностей помочь Богу исправить досадную оплошность с возникновением Зоны.
А сейчас он сидел на большом камне у озера рядом с Микой и делал вид, что ответ на поставленный вопрос его нисколечко не интересует.

Мика с ответом не спешил. Он сладко жмурился, подставляя солнцу то одну щеку, то другую, и размышлял. Отец Пимен – хороший человек, научил всех мальцов на хуторе читать и писать, байки ловкие умеет рассказывать. И с верой в бога не докучает, сам верит, а других просит хотя бы доверять…
Истинный смысл вопроса не был тайной за семью печатями. Но…. Сколько было у Мики мыслей – все перемешались. Он с осени ждал этого. Боялся, что отцу Пимену что-то помешает прийти на хутор в очередной раз. И боялся, что услышит эти слова…
Вернее, не так. Не боялся. Надеялся, что они не прозвучат. Потому что…
Мика тяжело вздохнул и, приоткрыв один глаз, скосился на отца Пимена. Сталкер и сталкер – по внешнему виду никак не скажешь, что божий странник. Потрепанный комбинезон, белый от потертостей помповый Моссберг на коленях. Задранный на лоб хобот защитной маски делал его странно похожим на толстого, доброго снорка, если такие, конечно, бывают. (А вы что думали? Что Мика никогда снорков не видел? Ошибаетесь!)
Лишь одна деталь выделяла отца Пимена из массы сталкеров – широкая белая повязка на правом рукаве. Увидев такую повязку, военные нехотя опускали стволы автоматов, бандиты спешили узнать «за новости», остальные сталкеры теснились, уступая у костра лучшее место. Все уважали божьих странников. Все, кроме «слуг сатаны» – членов клана «Монолит». Эти, увидев повязку, стреляли сразу.

Между домов на том берегу озера замелькали люди. Это Микина мать с товарками вернулась с огородов. Весна, время сажать…
Значит, скоро вечеря. И тянуть с ответом больше нельзя, потому что утром отец Пимен уйдет, а в следующий раз придет только летом. Если ничего не случится.
Мика почесал в задумчивости нос, решая, сказать ли, что взрослым он ощутил себя еще два года назад – в четырнадцать. Когда в одиночку отбил от стаи взрослого кабана и заколол его заостренным колом. С одного удара. А потом как дурак тащил неподъемную тушу через кольцо смерти, потому что мать не должна была знать, что он охотится за кольцом…
Или рассказать, что из автомата он одиночными выстрелами сбивает в небе ворон – на каждую строго по пуле…
Или разреветься и убежать…. А что – тоже вариант! Отец Пимен отвяжется и уйдет. Мика останется на хуторе. Навсегда…
- Я не хочу…- сорвавшимся голосом начал Мика, откашлялся и повторил,- я не хочу жениться. Вернее, я хочу жениться на Варе. А Ксанку вашу я в глаза не видел.

  • 0

#3 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 14 November 2009 - 18:13

Он замолчал, потому что прямо над ухом раскаркалась нахальная ворона, скосил взгляд и сам едва не рассмеялся – вовсе это не ворона, это отец Пимен так хохочет, оказывается! - Так ты всерьез решил, что я тебя женить собираюсь?- отсмеявшись, спросил отец Пимен,- ну, брат, это ты меня за кого-то другого принял. Или мать свою наслушался? Между прочим, она у тебя женщина мудрая, ерунды не скажет. Насчет Вари – жаль, конечно, но жениться на ней тебе никак нельзя. Сестра она тебе, хоть и двоюродная, а все-таки сестра. Ты же в курсе, что у женатых людей иногда дети получаются? И не только у женатых…- он посопел с минуту, продолжил,- конечно, Зона многие правила и обычаи с ног на голову перевернула, но от главных правил природы отходить опасно.  Да и смотришь ты на Варю не влюбленными глазами, а так – хороший старый друг женского пола. Извини, но со стороны это всем видно. И Варе в том числе тоже. Мика отвернулся, не найдя слов для возражений. - Ксанка живет с родней на окраине Лиманска. В старые времена ты отсюда на велосипеде за один день запросто бы добрался,- отец Пимен вздохнул,- но это – в старые добрые времена…. В конце концов, что тебе мешает прогуляться до Лиманска, познакомиться, осмотреться, а тогда уж и решение принимать? И опять Мика не нашелся, что возразить. - Есть и еще одна причина для твоего похода – совсем плохо стало жить в последнее время в Лиманске. С одной стороны монолит к себе заставляет вступать, с другой бандиты беспредельничают. Да излучение с каждым днем все сильнее, вчера разговаривал с соседом, а сегодня он уже зомби! Так что задача твоя – вывести Ксанкину семью до холодов из Лиманска хотя бы сюда. - Больше некому, что ли?- буркнул покрасневший от такого доверия Мика. - Представь себе – некому. Раньше эвакуацией власти занимались, да, видать, кончились все сроки. И деньги. Теперь каждый спасается в одиночку. У Ксанки отца еще осенью убили – он сталкером был в Свободе, больше в родне мужчин не осталось. Я бы сам взялся, да в тех краях раньше августа не окажусь. А больше надеяться не на кого – в Зоне сегодня всех только личные проблемы волнуют. Перевелись рыцари, в общем. Отец Пимен поднялся с камня, помахал руками, разминая мышцы. - Собственно, никто тебя к такому рискованному походу и не принуждает. И речь о знакомстве с Ксанкой тут больше для развлечения – обычные бабьи домыслы от нечего делать. Хотя есть у меня надежда, что вы и впрямь друг другу подойдете. Уж очень характеры похожи – оба любите встревать туда, куда не зовут… Мика продолжал молчать, хотя в душе уже принял решение. Какое? Разве непонятно?! И большую роль в принятии решения сыграла общепринятая норма – за кольцо смерти имеет право выходить только мужчина. Оставайся Мика ребенком и дальше – хоть до ста лет!- не будет ему дороги в Зону… Отец Пимен внезапно напрягся, перехватил ружье поудобнее – где-то совсем рядом залились лаем слепые собаки. Потом расслабился: - Опять запамятовал, что на хуторе нахожусь,- виновато сказал он Мике,- в Зоне этот лай только опасность и означает, а у вас… Мика улыбнулся. Стая слепых собак жила на хуторе уже второй десяток лет на правах обычных домашних животных. Очень полезных, надо сказать – о появлении чужаков оповещают мгновенно. Вот только кровососа тогда пропустили… Он тоже поднялся. Лай собак кроме стражи выполнял вечером еще одну задачу – созывал хуторян на вечерю. - Что надумал-то? Мика пожал плечами: - Что тут думать? Я уже давно считаю себя взрослым. - Выполнишь просьбу? - Людям помогать – себя спасать, так вы говорите…. Я с этим согласен. Но жениться пока не собираюсь! - Вот и ладно!- обрадовался отец Пимен,- ну, пошли вечерять. Разговор перед сном продолжим, хорошо? Они обогнули озерцо против движения солнца и вскоре уже поднимались на невысокое крыльцо гостевого дома, в котором по традиции готовилась всеобщая хуторская вечеря. - Ну, Настасья Филипповна,- с порога радостно гаркнул отец Пимен,- а поставь-ка на стол бражку заветную! Две кружки… Мика вздрогнул – из взрослых мужчин, имевших право на вечере пить бражку на хуторе был только отец Пимен. С чего ж тогда – две? Кому вторая? Вздрогнула и Настасья Филипповна – мать Мики. Она-то смысл слов божьего странника поняла сразу. Опустила глаза, наполнившиеся слезами, прошла в кладовую и вынесла оттуда две больших глиняных кружки. Одну – простую – для отца Пимена. Вторую для Мики. Мика пригляделся и вздрогнул еще раз – отцова кружка-то… Вечеряли в полном молчании. Только двое самых младших привычно бузили, да и то как-то не сильно. Наконец, со стола убрали еду. Хуторяне разошлись по местам ночлега. В комнате остались только мужчины – отец Пимен и Мика. - Сейчас свечу зажгу,- отец Пимен сосредоточено сопел над подсвечником. Мика, по крови которого блуждал приятный огонек впервые попробованной бражки, только головой кивнул, хотя странник стоял спиной и видеть его не мог. В самом деле, к чему сейчас хвастать, что он и без свечи видит хорошо? Еще решит отец Пимен, что Мика во хмелю выше ушей… А вообще-то Мика умел не только видеть в темноте. Гордое прозвище Прыгун ему дали хуторяне за то, что он мог в прыжке преодолевать расстояния, которые ни одному известному животному не под силу. Да еще и с грузом в сильных руках. Жаль – летать не умел…. Отец Пимен что-то говорил раньше о том, что Зона не только лишает жизни, но и одаряет некоторых своих обитателей необычными способностями. Возьмите хотя бы слепых псов, отлично обходятся без зрения. Или те же кабаны – вместо передних копыт появились подобия пальцев. И взгляд умный – как у бандитов на Свалке…. Так говорил отец Пимен, а Мике в ближайшем будущем предстояло этот факт проверить. Наконец, свеча разгорелась и озарила колышущимся светом край столешницы. - Иди ближе, рядом со мной садись,- сказал отец Пимен, расстилая на освещенном участке кусок бумаги. Мика пригляделся и мысленно ахнул – карта! Настоящая! - Для начала общие сведения,- важно сказал отец Пимен, почесал нос в раздумье и виновато добавил,- правда, кое-что устарело, пока я у вас в гостях отираюсь. Аномалии после каждого выброса места свои меняют. Кланы друг дружку с точек выдавливают. Монстры мигрируют по всей Зоне – сегодня в Рыжем лесу видели, а завтра в Темной долине пристрелили…. Но есть и более-менее стабильные вещи. Вот с них я и начну. Он откашлялся, снова почесал нос и тоном, которым учил когда-то Мику читать, начал рассказ: - Вот, смотри. Это самая настоящая карта Зоны. Военная. Правда, на ней все соответствует временам еще до Аварии, но дома и дороги, как известно, сами не ходят. А аномалий тогда не было. Так что для общего знакомства сойдет. - Тебе предстоит,- он медленно повел по карте корявым пальцем,- пройти через Темную Долину, Свалку и далее, выйти к окраине Рыжего леса и через подъемный мост попасть в Лиманск. Там пройдешь до площади, повернешь направо и через десять домов выйдешь к каналу. Еще сто шагов вправо и готовься целоваться…. Шутка!- отец Пимен опасливо глянул, но Мика даже не шевельнулся. Он же мужчина, чего на подколки обижаться зря…
  • 0

#4 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 17 November 2009 - 00:37

- Расстояние получается километров двадцать пять, а то и меньше,- сам с собой разговаривал отец Пимен,- сначала – Темная Долина. Совсем недавно это было самое спокойное место в Зоне. Свобода его заняла, навела там относительный порядок, повыбила монстров, мутантов постреляла. В общем, по здешним меркам получился почти санаторий. Только с неделю назад прошел среди сталкеров слух, что Свобода внезапно перекрыла все тропки, ведущие в Темную Долину. Пропускает только в исключительных случаях. Что случилось – не знаю, я в их краях давно не бывал. Так что пойдешь с разумной опаской. Впрочем, это ко всему пути относится – сталкер нынче пуганый пошел, сначала стреляет, а потом только смотрит – в кого стрелял… Мика пожал плечами. Особого желания общаться со сталкерами, хоть и из клана Свободы, у него никогда не возникало. - Так, пошли дальше,- отец Пимен прочертил давно не стриженым ногтем на бумаге глубокую борозду,- а дальше у нас лежит Свалка. Тут ты тоже постарайся лишний раз никому на глаза не попадаться, поскольку отрядов Свободы там мало, да и те непрерывно воюют с Долгом. А тот – с бандитами. А уж те – со всеми на свете. Народ на Свалке даже спит со стволами, снятыми с предохранителя. В крайнем случае, можно обратиться за помощью к сталкерам на Барахолке – они вроде как отцу Валерьяну с Кордона подчиняются, хотя я не хотел бы этот вопрос уточнять лично. В смысле, на твоем месте. Может, подчиняются, а, может, и нет… В общем, Свалку постарайся проскочить на одном дыхании. А дальше пойдешь…- тут отец Пимен замолчал, крепко задумавшись. - Куда? - Вот я и думаю – куда? Спокойная дорога идет через Агропром. Для сталкера, конечно. Там крупный отряд нейтралов засел, база Долга, опять же. Только Долг сам с трудом от монстров сейчас отбивается – прут они из тамошних подземелий непрерывным потоком. Да и тебе к Долгу никак нельзя попадать – вбили себе в головы, стервецы, что все живое, что проживает в Зоне, должно быть непременно уничтожено! Что монстры, что люди – без разницы. - Гады,- скрипнул зубами Мика. - Ты с выводами не спеши. Долг дело нужное делает – на страже стоит геройски, насмерть. Только с перегибами…, но я надежды не теряю. - Все равно – гады. - Вот и выходит, что идти на Агропром тебе рискованно. А ведь оттуда ты легко добрался бы до Янтаря, проскользнул мимо зомби – уж это ты сумеешь, не сомневаюсь!- и скоро топал по дороге вдоль опушки Рыжего леса. А там и до моста в Лиманск рукой подать. - А неспокойная дорога куда ведет? - Неспокойная?- посуровел отец Пимен,- знаешь, Мика, в Зоне спокойных дорог вообще нет. Но эта – другая – совсем жуткая. Если судьба толкнет именно на нее – постарайся днем проскочить – монстры света солнца не любят. Начинается она опять же на Свалке и ведет на военные склады через заброшенный промышленный узел, который раньше назывался Росток… - Дикие территории?- шепотом спросил Мика. - Дикие территории,- подтвердил отец Пимен,- никто не может толком сказать, что там сейчас происходит, потому что слишком много смельчаков ушли туда и слишком мало вернулись… - Там, что – монстров много? - Говорю же – точно никто не знает. Только, если бы было там спокойно, хотя бы бандиты там обосновались. А так второй год – только слухи…. Народ предпочитает к Барьеру через Рыжий лес пробираться. Тут хоть все известно давно, значит – уже не так страшно. Отец Пимен вздохнул тяжело, привычно почесал нос и улыбнулся: - Ничего, я за тебя спокоен. Относительно, конечно. Если попадешь на военные склады – сразу ищи отца Илиодора. Он там у всех без исключения в большом авторитете. Барьер военные охраняют. Кроме них там всегда отряды всех сталкерских кланов дежурят – редкое, надо сказать, по теперешним делам содружество. Ну да, Барьер – он всех примиряет. Так вот, отец Илиодор решил Богу помогать практически, с оружием в руках. Второй год оттуда не уходит, с монолитом сражается. Его военное начальство даже на свои совещания иногда приглашает – такое уважение заслужить непросто. Ты его сурового вида не пугайся, отец Илиодор вашего брата жалеет и всегда готов помочь. - Мне жалости не надо,- набычился Мика. - Не надо – не бери, а от помощи не отказывайся. Если что – помни, что на Кордоне отец Валерьян вокруг себя одиночек собирает – тоже от проповедей к действиям решил перейти. Вбил себе в голову, что грядет судный день, вот и готовится.   Вообще в Зоне немало добрых людей, к которым можешь обратиться за подмогой. Это и Лесник в Рыжем лесу, и Отшельник на Агропроме, Доктор на болотах…. За отдельными группами сталкеров наблюдай – если идут не сами по себе, а с проводником – тоже можно рассчитывать на помощь. Проводники ведь в большинстве своем твои земляки – кто Зону знает лучше жившего здесь еще до Аварии? Разве что профессиональные шпионы,- отец Пимен снова улыбнулся,- а таких тут давно не встречали. - Обойдусь как-нибудь. - Гордость – это хорошо. Но запомни, пожалуйста -  в разговорах будь вежлив. Иному сталкеру чужую жизнь оборвать и одного косого взгляда хватит для повода. Отец Пимен говорил еще долго и много, приводил красочные примеры из собственной жизни, но Мика дальше слушал невнимательно. Помимо желания, а, может, наоборот – по тайному желанию – он пытался представить, как выглядит загадочная Ксанка. Красивее Вари? Если нет – даже разговаривать не стану – решил он. Полная опасностей дорога не пугала. Чего бояться того, чего может и не быть! Пройдет по маршруту, так и не встретив ни одного снорка…. И ничего особенного, Мика уже пять раз тайком выходил за кольцо смерти, а тех же снорков видел только однажды – на Агропроме. Правда, пришлось быстро возвращаться, потому что уже начало темнеть, а мать не любит, когда опаздывают к вечере. Всю обратную дорогу бежал, чтобы поспеть к столу вовремя.  Так тогда и не удалось сразиться с монстрами… Спать легли за полночь, когда больше половины свечи истаяло мутными слезами. Мика еще поворочался немного и засопел ровно и почти неслышно. А отец Пимен осторожно поднялся и вышел на улицу, где его терпеливо ждала Настасья Филипповна. - И куда ж ты сына моего засылаешь?- грустно спросила она,- мал ведь еще… - Снова здорово,- удивился отец Пимен,- мы ж с тобой на эту тему сто раз уже переговорили! Ну, сколько ты его еще рядом с подолом удержишь? Дай Бог, чтобы год, так? Или ты не знаешь, что он тайком за кольцо смерти с прошлой осени шныряет? - Знаю… - Парень сейчас в том возрасте, когда то ли он дорогу выбирает, то ли дорога его. Не усидит, сбежит к сталкерам. И тут большой вопрос,- он назидательно воткнул в небо указательный палец,- где окажется Мика Прыгун? С кем? Если, конечно, после первой же встречи не окажется на небе… - С отцом хотя бы пошел… - А где отец-то? Жив ли? Сколько прошло, как ушел? Полгода? Больше? Не хочу расстраивать, но его, может, и в живых-то уже нет. Настасья Филипповна всхлипнула, не сдержавшись. - Ладно, ладно. Это я так сказал, чтоб понятнее было. У меня тоже сердце не на месте. Если с парнем что случится – до конца дней себе этого не прощу! - Вот и пошел бы сам вместе с ним. И мне покойнее будет. - Сказал же – не могу! Да ты не волнуйся, мы и маршрут подобрали спокойный. И будет к кому обратиться за помощью по дороге. А обратно их вообще восемь человек пойдет. - Ага. Семь баб разного возраста и один мальчишка. Еще чему дурному научат,- глаза матери мгновенно просохли,- эта, Ксанка твоя – не с двумя хоть головами? Про Лиманск не самая лучшая молва ходит… - Чего раньше времени ревнуешь?- засмеялся отец Пимен,- нормальная деваха, ничего лишнего, включая года. Картошку жарить умеет – это я точно знаю. Как примешь – так и поладите. Они помолчали, вслушиваясь в звенящую тишину ночи. - Ты только с ним завтра как со взрослым,- наконец попросил отец Пимен. - Еще бражки поднести, что ли? - Ага. А потом ремнем не забудь отстегать, чтобы пьяницей не стал…. Шучу, шучу. Очень мне хочется, чтобы парень в первый раз открыто в Зону шагнул не просто так, а с важным делом. Понимаешь, без дела, или от развлечений, занесет его шальной ветер к тем же бандитам. Чего таить – весело у них, привольно. И останется… - Убьют. - Вот заладила! Да почти у каждого сталкера дома дети остались. Это между собой они пулями обмениваются, а тут глянут – дите, и ослабнет злоба в сердце… - Эх, божий странник,- вздохнула Настасья Филипповна,- красиво поешь. Твоим словам стать бы вещими, жаль – не бывать этому никогда. Вон, как ты Долг нахваливаешь, а нам от него только смерть ждать. - Страна такая – никак без перегибов не получается. - Люди такие – лишь бы что-нибудь, да перегнуть! Отец Пимен подумал, но спорить с женщиной не стал. Пусть говорит, что хочет… - Утром я уйду. На Кордон мне нужно. Так что парня в дорогу сама соберешь. Знаешь, небось, что в сидор уложить. Да не перегружай мальца припасами! Он в дороге самое большое два дня будет. - Хорошо,- покорно сказала Настасья Филипповна. - Автоматов-пулеметов тоже не давай. В таком возрасте желание пострелять может перевесить желание спрятаться. Обрез в хозяйстве есть? Вот, его и дай. Патронов с десяток, чтобы экономил. И напомни, что я просил идти как можно быстрее. Тогда у него времени на соблазнительные отвлечения не останется. - Все? - В общем. - Тогда и ты иди спать. А я к утру все приготовлю. Мне же не идти – отправлю обоих, тогда и высплюсь… Отец Пимен только головой покачал в ответ на эту невеселую шутку, вздохнул и отправился в дом.
  • 0

#5 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 19 November 2009 - 00:31

Проснулся Мика поздно – солнце уже перевалило за озеро. Вскочил, впопыхах оделся и бросился из дома на улицу, прекрасно понимая – ушел отец Пимен, не стал прощаться, чтобы крепкий сон не рушить. Выскочил и засмеялся – отец Пимен сидел на лавочке, стругая ножом палку – видать, дорожный посох себе решил сделать. Поднял глаза и тоже улыбнулся: - Здорово, Мика Прыгун! Выспался? Голова от вчерашней бражки не болит? - Нормально,- как можно солиднее ответил Мика и сел рядом,- а обещал с утра пораньше двинуться… - Да вот, решил с тобой напоследок еще поболтать маленько. Когда увидимся? Никто не знает. Вспомнил внезапно, что не обо всем ночью поговорили, забыли кое-что. - Забыли?- удивился Мика,- да мы разве что о Монолите вчера не говорили, и то, потому что я к нему не пойду! - О Монолите даже думать грех, не то что говорить. Его дьявол в сердце Зоны поставил, отвоевав у Господа малый кусок земли для своих страшных утех,- сурово отрезал отец Пимен,- потому о нем и говорить нечего. Его побеждать надо, только не пришло время в бой последний собираться. - А когда придет? - Не бойся, услышишь зов архангельский. Все услышат. И по всему – недолго ждать осталось. Выбросы все чаще, вся Зона в муках ворочается – тоже страдает…. Ну да ладно,- перешел на обычный тон отец Пимен,- как дело справишь, так о серьезных вещах и поговорим. А пока хочу напомнить тебе об основных опасностях, с которыми тебе придется встретиться в походе. То есть, о монстрах и мутантах. Что мордашку скривил? Думаешь, ничего нового не услышишь? Мика не стал это утверждение опровергать или соглашаться – вежливо промолчал. - О мутантах я много рассказывать не стану – ты их видел не раз, слепые собаки вообще на хуторе как родные живут. Так, пару слов в напоминание. Вот, о кабанах и плотях – свинья, она и есть свинья, хоть и мутант. За сто шагов слышно как хрюкают. Ты не на охоте, обойди кругом и дальше топай. Если уж нос к пятачку столкнешься – не зевай, лезь на ближайшее дерево или валун повыше, ты для них любимой пищей не являешься – побегают, успокоятся и уйдут. Мика согласно кивнул. Ничего нового, как он и предполагал. - С собаками и сложнее и проще. Знаешь ведь, что кроме слепышей водятся в Зоне и псевдособаки? Зубы у нее как у акулы – рыба такая,- поспешно объяснил отец Пимен, заметив Микино недоумение,- в дальних морях водится. Если цапнет – полноги сразу может оттяпать. И бегает хорошо, и прыгает высоко. Тут тоже деревья выручат. Один недостаток – умные, твари, могут под деревом целый день просторожить…. А в последнее время еще пакость появилась, их пси-собаками окрестили…. Ага, вот ты и удивился! Не слыхал еще? Мика и вправду о таких собаках еще не слыхал. - С виду похожи на псевдособак, только окрас потемнее. Бегает такая тварь в стороне, а в атаку клонов своих посылает. Надо сказать, полная копия мамаши, и зубы такие же острые! А стрельнешь или ножом ударишь – лопаются как мыльный пузырь. За раз может от двух до четырех таких клонов наслать, зараза. Тут два варианта – или бежать со всех ног подальше от мамаши, или снова на дерево лезть. Можно, конечно, саму мамашу выследить и грохнуть, тогда и клоны чудесным образом исчезнут, но не в твоем случае поиски проводить, пока до нее доберешься – клоны на куски порвут. Усек? Мика согласно кивнул. В дороге сам разберется… - О мутантах, кажется, все. Теперь о монстрах. Тут слушай внимательно, потому что в последнее время развелось их в Зоне видимо-невидимо! Во-первых, конечно, кровосос. То, что при нападении становится невидимым, знаешь? От этого он и самый опасный, никогда не знаешь, с какой стороны ждать нападения. Однако и у этого исчадия ада есть недостатки, которые можно обратить себе на пользу. Как многие утверждают, охотится кровосос на слух – он у него чудовищно хороший. Ты и дыхание затаил, и в норку забился, а он все равно слышит, как твое сердечко бьется. И запах крови чует за тысячу шагов, хоть у тебя простая царапина от случайной ветки…. А вот со зрением у него проблемы. Многие опять же утверждают, что видит кровосос все словно на бумаге нарисованное – плоское. И стоит просто залезть во время нападения на невысокий камень, как он тебя теряет из виду! Носится вокруг как угорелый, чует запах крови. Слышит биение сердца, а увидеть не может! Некоторые так часами стояли, ждали, пока уйдет. Другие, наоборот, залезут на камень и ждут, когда кровосос из невидимости выйдет – он незаметный неуязвим,- пояснил отец Пимен,- а тогда уж стреляют в него словно в тире. Второй по значимости, конечно, контролер. Если за мозги уцепится – все! Нет сталкера. Но и у него есть слабости. На открытой местности даже на небольших расстояниях воздействие контролера слабеет. Наверное, волны сильно рассеиваются, не знаю. Вот если с ним в подземелье встретиться – пиши пропало. А в лесу есть шанс оторваться. И еще – он вроде как мысленными ударами нападает, а между ними паузы. Если видишь контролера близко – терпи удары, беги к нему навстречу – и ножом в грудь! Самое верное средство. Стрелять-то даже у опытных сталкеров после таких затрещин иногда не выходит – руки трусятся и в глазах троится. А нож – наверняка. Отец Пимен передохнул немного, смочил пересохшее от длинных речей горло водой из фляжки и продолжил инструктаж: - Если вдруг услышишь в лесу детский плачь или хныканье – не верь! Неоткуда в Зоне малым детям взяться,- он осекся, окинул взглядом хутор,- разве что на таких вот хуторах, но они тебе вряд ли попадутся на дороге. Стало быть, ты встретил бюрера. Вообще-то, шанс встретить этого зловредного карлика ничтожен – бюреры живут в основном в заброшенных зданиях и подземельях. Но на всякий случай приметы запомни – тебе чуть выше пояса будет, в плаще с капюшоном ходит. Кидается силой мысли разными тяжестями. Может, к примеру, по голове вон таким бревном садануть,- он указал на огромную поваленную сосну,- долго после такого подзатыльника протянешь? Мика с невольным уважением посмотрел на сосну. Про бюреров он совсем ничего не слышал. - Так что запомни и держись подальше от всякого, кто в Зоне малых детей напоминает. А то бредет иной раз сталкер, слышит плач, вспомнит своих деток, что дома остались, ну, и на выручку бросается. Бюрер, кстати, силой мысли и оружие из ослабевших рук может вырвать. Так что встречаться с ним в одиночку не советую никому. - Еще одна новая напасть Зоны – химера. Совсем новая, лично я ее пока не встречал. По рассказам – это огромная кошка с двумя головами. - С двумя головами?!- недоверчиво ахнул Мика. - Говорю же – сам еще не встречал. Только по рассказам пока представляю. Говорят, что хитрая как кошка. Плюс, две головы – соображает быстрее. Нападает из засады, со спины, прыгнет и давай рвать в две пасти…. - А с ней как быть? - Точно не знаю, предполагаю только – ее сбить с толку нужно. Если чуешь, что она где-то рядом, сними куртку, надень на палку и неси в руке наотмашь. Вот она и решит, что вас двое. Или нападет на куртку, а не тебя – тоже удача. Кошки добычу догонять не любят. Вот такое мое разумение,- он тяжело вздохнул. - А снорки? - О них отдельный разговор. Сначала быстренько о псевдогиганте. - Быстренько?! - Ну да. С ним все понятно – силенок справиться у тебя нет, так что, держись от его лежбища подальше, вот и весь сказ.  Он со своей территории далеко не уходит, гнаться за тобой не станет, если геройствовать не будешь, полюбуешься на красавца издалека – и в путь-дорогу дальше. - Ясно… - Теперь о снорках. Кому как, а я этих тварей самыми гнусными в Зоне считаю. Опаснее даже, чем кровосос. Потому что нападают стаями, как собаки, только сильнее в несколько раз. И прыгают так, что опомниться не успеешь – только в двадцати шагах был, как уже рядом! Храни тебя Господь от встречи с ними, Мика! Тут или дерево повыше ищи сразу, или беги со всех ног прочь! По идее не догонят. - Ясно,- повторил Мика, ему уже не терпелось отправиться в дорогу. - Так, ничего не забыл? А, еще тушканы есть. - А, эти,- пренебрежительно сказал Мика. - И совершенно зря недооцениваешь! Один, два тушкана, конечно, вреда не принесут. Да и нападать не станут. Только они сейчас в стаи штук по тридцать сбиваться начали – страшная сила! Нападают даже на псевдогигантов. - Ого,- неискренне удивился Мика. Он устал от разговоров.
  • 0

#6 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 19 November 2009 - 20:04

Отец Пимен по-стариковски закряхтел, подымаясь с лавки. Он и есть старик – подумал Мика, сорок лет, поди, стукнуло сталкеру. - Что мы не обсудили? Разве что аномалии,- сказал, было, отец Пимен, но Мика так отчаянно заскучал, что разговор на этом и прекратился. И в самом деле, что толку в тысячный раз выслушивать, что электра поражает электричеством, а химические окутаны испарениями и светятся в темноте… - Вот, чуть с собой не унес,- отец Пимен протянул пареньку нож. Мика взял его в руку, повертел и присвистнул от изумления. - Он что, не из железа сделан?! - Из чего сделан, то только первый хозяин знал. По слухам, его в различных аномалиях долгое время держали. Попробуй,- сталкер указал на ветку толщиной с лапу собаки,- хоть поперек, хоть вкось. Рубани от души. Мика перехватил ручку покрепче и ударил наотмашь. Лезвие со свистом прошло сквозь толстую деревяшку, не встретив малейшего сопротивления. - Ого! - Держи крепче, теперь он твой. Раньше в Ксанкиной семье хранился. Видишь ремешок плетеный? Ксанкина работа. Здорово, правда? Словно одно целое – ни узелка не видать, ни переходов. Мастерица! При упоминании о Ксанке Мика едва заметно поморщился, но нож продолжал разглядывать с нескрываемым восхищением. С таким по Зоне можно гулять, никого не опасаясь. И ремешок хороший – красивый и прочный, с руки в трудную минуту не сорвется. - Ну, пора мне,- сказал отец Пимен,- а то до ночи на Кордон не поспею. - Может, пообедаете? - Для обеда еще не время. Да и потом на сытый желудок еще разморит меня. Эдак я до завтра не соберусь. Пошли, проводишь до кольца смерти. Покажу, как его проходить нужно. Мика тихонько хмыкнул, но вслух ничего не сказал. Они обогнули озеро и углубились в сосновый бор. Стая слепышей увязалась было следом, но скоро вернулась на хутор, откуда уже вкусно запахло едой. Когда между деревьями показался просвет, предвещающий скорый выход на опушку, отец Пимен достал из кармана детектор и нажал на кнопку. Детектор мгновенно заверещал, подтверждая наличие вокруг высокой радиации. - Далековато зашли,- озабоченно сказал отец Пимен,- ты как, не боишься? Мика только плечами пожал. Во-первых, зашли недалеко, во-вторых, в Зоне бояться радиации? Смешно! Отец Пимен огляделся, отыскивая заранее присмотренные ориентиры. Нужное дерево нашлось не сразу, зато после и камень заветный отыскался, и промоина, ведущая в овраг на краю смертельно опасной опушки. - Ну, парень, желаю удачи,- отец Пимен хлопнул Мику по плечу,- аккуратнее, прошу. И помни – без тебя в Лиманске семь невинных душ погибнуть могут. Так что в дороге первым делом – береги себя. Все, я пошел. - Спокойной дороги, сталкер,- тихо сказал ему в спину Мика, постоял еще с пять минут, пока камуфляжный костюм окончательно не слился с красками природы. Варя сидела на том самом камне, что вчера приютил их с отцом Пименом. Мика взглянул на нее в упор – кожа белая, аж просвечивает, зато волосы чернее воронова крыла. Прямо ведьмочка из маминых сказок на ночь… - Привет,- он сел рядом. - Привет,- ответила Варя и глянула искоса,- к невесте собрался? - Ладно тебе!- возмущенно фыркнул Мика,- людей из Лиманска выведу и домой вернусь. А невеста – это так, чтобы в краску меня вогнать… - Ну да, конечно,- вроде бы согласилась Варя. Они сидели и молчали. Такого между ними не было никогда – словно враз стали чужими. Мика хотел пошутить, но удачные шутки на ум приходить дружно отказались. Варя была на три года младше. Любви, чтобы как в маминых вечерних песнях, конечно не было. Зато была искренняя дружба и сердечная привязанность. И прыгнул Мика в первый раз с ней на руках… - Ты, это…- ненавистно деловым тоном начал Мика,- Варя, глянь, в ближайшее время Выброс не намечается? Девушка не ответила, только припала щекой к теплому камню и замерла. Потом поднялась, подошла к огромной сосне, нависшей вылезшими из земли корнями над озером, положила узкие ладошки на грубую шершавую кору и снова замерла. Мика терпеливо наблюдал. Наконец Варя тряхнула головой и подошла к нему, села рядом. - И что?- спросил Мика и подумал, что спросил как-то грубо, а как? - Ворочается Зона,- ответила Варя,- трясется. Но чего-то необычного нет. Во всяком случае, в ближайшие два дня Выброса точно не будет. - Вот и спасибо!- неуклюже поблагодарил Мика,- я как раз за два дня и обернусь. - Два дня – это только туда,- сказала безразличным тоном девушка,- а обратно-то не один пойдешь. Дай, Господь, чтобы за неделю обернулись. - А ты сама как думаешь? - А никак,- вздохнула Варя,- хотела заглянуть, а мне не открылось…. Значит, не написана еще твоя завтрашняя дорога. - Как это?! - Значит, сам ее писать будешь. И уж точно не по указам отца Пимена. Смотри, никуда не встревай,- совсем по-взрослому добавила она,- это тебе не на кабанов с острогой охотиться. Людей спасать идешь. И ее. - Кого – ее? - Ксанку. Невесту твою,- она резко поднялась и пошла прочь. Мика оторопело глянул вслед, потом вздохнул и тоже побрел к домам – хоть времени и много до похода, а готовиться к нему уже пора…
  • 0

#7 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 20 November 2009 - 00:32

Кто ходит в Зону по утрам…
Ранним утром следующего дня Мика уже подпрыгивал во внутреннем дворе, пытаясь определить, не слишком ли много припасов наложила в рюкзак мать. По всему выходило, что много.
Он развязал тесемку и вывалил содержимое на землю. Ну, конечно! Вот этот коммуникатор – он-то зачем?!
- Пригодится,- твердо сказала мать, смотревшая на действия сына с неодобрением.
- Как пригодится?! Мама, ты же из него аккумуляторы еще в прошлом году в фонарик переставила! Там они и сели, между прочим.
Мика решительно отложил коммуникатор в сторону.
- Я их обратно вставила. Где-нибудь зарядишь. Будешь переговоры сталкеров слушать, от беды убережешься.
- У кого заряжу-то? Прямо вот так приду и попрошу – дяденьки долговцы, можно я у вас батарейки заряжу, чтобы потом вас слушать и вам же не попасться…. Короче – оставляем дома.
Следующим предметом, вызвавшим долгие и жаркие споры, стал шлем от экзокостюма с прибором ночного видения.
- Ну, зачем он мне?! Только тяжесть лишняя! Ты бы еще весь экзокостюм сюда запихала!
- А это мысль,- серьезно сказала мать и повернулась к двери.

Экзокостюм – вещь, конечно хорошая. Особенно если он монолитовский. Отец приволок его года полтора назад – с тремя дырами от пуль и множеством бурых пятен. Мика потом еще долго таскал в нем воду из озера, пока аккумуляторы не разрядились. Так что вещь хорошая, но бесполезная.
Поспорили и по поводу одежды. В конце концов, сошлись на легком кевларовом бронежилете – мать настояла – и простой брезентовой куртке с капюшоном.

Вроде вчера и не собирался вовсе! Пока спал, мать столько всякой ерунды в рюкзак насовала…. К примеру, зачем ему нужен детектор?
- Чтобы в аномалию случайно не влез.
- А полведра болтов с ленточками, чтобы до самого Лиманска хватило? Небось, всю ночь ленточки вязала?
Мать обиделась:
- Вас, мужиков, только женщины и умеют собирать! Иначе, как твой отец бы отправился – полмешка курева, фляжка с бражкой и цинк с патронами.
- Кстати, а где патроны?
- Вот,- она аккуратно выставила перед ним по одному десять бумажных гильз,- картечь, на кабана. Обрез сейчас принесу.
- Обрез?! Ладно, не АКМ, так хоть винчестер бы дала! И патронов побольше…
- Ты по делу в Зону собрался или на войну? Чтобы тенью проскользнуть хватит и обреза..
Мика по-детски надул губы и обиженно уставился в землю. Мать поглядела на своего взрослого сына и сжалилась:
- Ладно. Держи,- из-под домашнего передника вынырнула кобура с пистолетом,- германский, хороший. С запасной обоймой. Хотела тебе на Рождество подарить. А автомат не дам, к чему лишнюю тяжесть таскать…
Воспрянувший духом Мика тут же уцепился за неосторожно сказанные матерью слова и выбросил из рюкзака еще с десяток лишних вещей.
Зато с едой ничего не получилось. Тут мать была непреклонна. Так и пришлось со вздохом сожаления засовывать куль размером с две Микины головы обратно в рюкзак.
Заново упаковав оставшиеся вещи, Мика снова надел рюкзак и попрыгал. В этот раз и гремело меньше, и вес убавился значительно. Что ж, можно идти.

До озера провожала только мать. Варя так и не вышла…

- Ты со мной до кольца не ходи,- сказал внезапно помрачневший Мика,- тебе радиация вредна. Давай здесь простимся. У тебя дома дел невпроворот.
- Отправлю тебя и останется у меня дома только одно дело – ждать сына,- ответила мать и беззвучно заплакала.
Мика неловко переступил с ноги на ногу, ткнулся губами ей куда-то в ухо и почти побежал, заставляя себя не обернуться. Так и не обернулся ни разу, а это, говорят, хорошая примета.
Когда строй деревьев начал редеть, он свернул в сторону и даже пошел немного назад. Перед дорогой Мике страсть как хотелось повидать тех, кто много лет назад спас беженцев, не дал им получить смертельную дозу радиации и показал безопасный путь внутрь кольца смерти.
Он осторожно выглянул из-за дерева и радостно улыбнулся – вон как бегают, листвой шуршат! Значит, все нормально.
Мика тихо вышел на маленькую полянку, присел и медленно протянул руку к ближайшему спасителю. Тот, уже привыкший к человеческим появлениям, встал на задние лапки – словно заяц!- и обнюхал протянутую руку. Мика медленно раскрыл кулак – там лежала мамина шанежка. Свежая, только утром из печи. Спаситель бесстрашно принял угощение. Парень протянул вторую руку и осторожно погладил его по спине, покрытой острыми иглами. Спаситель ничуть не испугался, только на мгновение перестал поедать угощение.

… люди даже не подозревали о той смертельной опасности, которая ждала их на приветливой с виду опушке. Более того, они готовились остановиться тут на ночлег. Скорее всего, утром никто из них бы не проснулся…
Первыми его заметили дети. С криками «ежик, ежик!» они стали бегать за ним по опушке.
Взрослые расценили его появление иначе. В этот день в их желудки попадала одна вода, пища доставалась только детям. Ежик – зверь, а, значит, мясо. Пусть дети пошумят, а когда угомонятся…, в самом деле, не при них же…
Несколько взрослых поднялись и стали следить за зверьком, чтобы не убежал далеко.

Через некоторое время выяснилось, что бегал ежик как-то странно. Он семенил по опушке параллельно лесу и время от времени словно тыкался головой в невидимую стену. Тогда он разворачивался и бежал в другую сторону.
Тот, что еще недавно был дежурным энергетиком районной подстанции, достал из кармана забытый в хлопотах детектор и включил. И по вою, раздавшемуся из маленького прибора, даже дети поняли – вокруг них смерть…
А ежик вдруг фыркнул, и пошел прямо к лесу. Ошалевший от ужаса бывший дежурный энергетик шагнул следом и вой в детекторе внезапно сменился – нет, не тишиной!- однако уровень радиации в этом месте был намного ниже!
Не раздумывали ни одной секунды. Похватали вещи, детей и недлинной цепочкой пошли следом за ежом. И вышли к заброшенным домам на берегу красивого озера…

С той поры у жителей хутора отношение к ежам было самое почтительное.


  • 0

#8 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 21 November 2009 - 01:02

Мика поглазел на деловито снующих ежиков еще немного, распрямил спину и вздохнул – пора в путь отправляться по-настоящему. Ну что ж, пора, так пора. Он вернулся к опушке леса и замер в подготовке себя к преодолению кольца смерти. В отличие от взрослых, боящихся сделать в Зоне лишний шаг без детектора, Мика им даже пользоваться толком не умел. Да и зачем нужен раздражающий щелканьем аппарат, если можно просто представить себя ежиком… Мика закрыл глаза, несколько раз глубоко вздохнул, чтобы выровнять дыхание, расставил в стороны руки с растопыренными пальцами и медленно пошел в сторону кольца смерти. Наверное, так же ощущали радиацию и колючие спасители хуторян – словно сотни маленьких иголочек начали колоть подушечки пальцев. Когда от уколов стало по-настоящему больно, Мика остановился и стал приставными шагами тихо двигаться влево. Почему влево? А так захотелось. Можно было и вправо – никакой разницы. Через два десятка шажков пальцы левой руки ощутили резкое снижение силы уколов. Еще через два шага они снова усилились. Мика остановился, открыл глаза, посмотрел вперед – чтобы в яму не угодить – снова закрыл и двинулся через кольцо смерти. Радиация слева и справа буквально неистовствовала, видя, что жертва уходит от нее по невидимому коридору. Подушечки пальцев то левой, то правой руки иногда охватывал ледяной холод. Тогда Мика немного отодвигался от опасной стороны и продолжал идти. Далеко не всегда подобный путь был коридором. Иногда это был карман. В таких случаях приходилось возвращаться обратно и снова искать проход. В этот раз повезло. Через сотню шагов коридор начал расширяться, сила уколов снизилась до почти обычной. Мика открыл глаза – точно, до середины опушки рукой подать. Он подумал, что здесь бояться нечего, но и напрасно геройствовать тоже глупо. Он же теперь взрослый. И побежал, торопясь пересечь окутанную радиацией долину. Так, бегом, он поднялся на невысокий взгорок – даже дыхание не сбилось. Оглянулся, посмотрел на родной лес за опушкой. Отчего-то стало грустно, даже слеза навернулась. И вправду, плачь, не плачь – никто не увидит и не скажет – что же ты, мужчина, а ревешь как дитя... Мика шмыгнул носом, решительно вытер глаза рукавом, повернулся и зашагал прочь от детства – в далеком и загадочном Лиманске его ждали люди. Шагать по прежде запретным землям было легко. Попадавшиеся кабаны и плоти не обращали на путника совершенно никакого внимания. Да он и сам старался близко не подходить – некогда. Первая аномалия встретилась перед обедом. Это была самая обычная электра. Мика для развлечения кинул в нее пару веток, полюбовался ярко-синими искрами разрядов, подумал и сел перекусить прямо у аномалии. Уж точно никто не подкрадется незаметно! Теперь притворяться и скрывать правду смысла не было – места, по которым он шел, были очень даже знакомыми. В прошлом месяце этим же маршрутом Мика бегал на Свалку поглазеть на снорков. Конечно, после того путешествия был Выброс, но Зона почти не изменилась. Даже электра была там же, где и в прошлый раз. При таком темпе я до Лиманска доберусь к вечеру – весело подумал Мика. Он запил обед озерной водой из фляжки, совсем немного поигрался с дареным пистолетом – исключительно, чтобы его изучить – и двинулся в путь дальше. Предстояло пересечь Темную Долину, в которой порядок контролировали сталкеры из клана Свобода. Как и говорил отец Пимен, бесшабашные и своенравные анархисты, нашедшие в Зоне идеальное место, свободное от надоевших законов и правил, относились к коренным жителям вполне терпимо. Во всяком случае, напрасно не убивали. Конечно, рюкзак при случае вытряхнут без зазрения совести – так ведь и возьмут-то только артефакты и еду на закусь. А если и того нет – отпустят с миром, даже по шее не надают. Короче, хорошие ребята. Поэтому Мика и шел без особой опаски, прислушивался вполуха, лишь бы на кабанов не нарваться – у них сейчас в самом разгаре брачные игры, зачем мешать. Он перелез через ограждение из колючей проволоки и двинул в сторону видневшихся между редкими деревьями зданий. Базу Свободы Мика посещать, естественно, не собирался. Просто вдоль забора идти удобнее, да и дорога под прикрытием часовых безопаснее – ни один монстр не сунется. - Стой! Раз, два!- раздался прямо над ухом суровый голос. Мика аж присел от неожиданности. - Это у нас кто?- спросил другой голос,- щупальца на морде не болтаются, значит либо не кровосос, либо побрился для конспирации. Еще несколько невидимых человек захохотали. Блок-пост, понял Мика. Вот нарвался! Шел, варежку разинув… - Руками не маши, парень, стой тихо. Не бойся, больно не будет,- сказал первый голос и из кустов осторожно вышел сталкер с автоматом наизготовку. Он приблизился к Мике, оглядел со всех сторон и удивленно воскликнул: - Ребята, вы только гляньте! Я настоящего Маугли поймал! А Ганжа говорил, что их всех долговцы выбили…. Ничего себе! Так и в Черного Сталкера поверить можно. - Ты языком-то в меру ляпай,- резко обрезал разговорчивого сталкера второй, тоже вышедший из кустов на тропинку,- Черный Сталкер – не байки обкуренного Ганжи, а чистая правда. А ты, парень, без выкрутасов давай. Сейчас такие времена настали, что живой ты только потому, что я автомат с предохранителя снять забыл, понял? Мика торопливо кивнул. - Тогда двигай следом за мной. Будем в таможню играть. Умеешь? - Научим!- заржал первый сталкер и двинулся за Микой, временами не больно тыкая его в спину стволом автомата. Идти оказалось недалеко – сразу за кустами начиналась поляна, отделенная от территории базы отвесной стеной земляного холма. На этой поляне и расположился блок-пост. Вдали еле заметным дымком истекал маленький костерок, разведенный больше для настроения, чем для пользы. Между крупными валунами лежали матрацы, а на матрацах лежали двое сталкеров. Вот и весь блок-пост. - В Зоне появился пионерский лагерь?- удивился один из лежавших,- или новый монстр? - Видал, старшой,- гордо сказал первый сталкер,- как я замаскировался! Даже Маугли, и тот не заметил. Доложишь коменданту, пусть этот жлоб мне хоть сто граммов нальет вместо премии. - Лучше бы ты вместо ребенка этих сволочей, что нас убивают, поймал,- вздохнул старший наряда. - Так ведь еще не вечер! Обещаю лично двоих на бугре прикопать. - Как бы самого не прикопали…. Так, ты иди сюда. Не бойся, раз сразу не пристрелили, теперь жить будешь. Как на духу – кто такой, откуда, куда, что здесь делаешь?
  • 0

#9 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 22 November 2009 - 00:51

- Иду вот…- неопределенно пробурчал Мика, слегка ошарашенный тем, как просто его поймали. - Доходчиво излагаешь, однако,- хохотнул старший,- остальное я и сам могу за тебя рассказать. Откуда? Оттуда. Куда? Туда. Зачем? Затем. Так, что ли? Или все-таки внесешь некоторую ясность? Для особо непонятливых объясняю – Темная Долина на карантине. То есть, закрыта для прохода любых незнакомых нам личностей. Которые шибко умные, могут вполне отведать свинца, и моя тонкая чувствительная натура эту потерю переживет, как не фиг делать. Ну, будем общаться или будем навеки прощаться? Мика тяжело вздохнул. По всему выходило, что отделаться общими фразами не удастся – придется рассказывать хотя бы часть правды, потому что выдумать правдоподобную ложь он заранее не сообразил. - В Лиманск иду. Там людям помочь надо… - А помочь им, стало быть, можешь только ты? - Больше некому,- пожал плечами Мика. - Странно, но верю. Нам вот тоже никто помочь не в состоянии. А, может, возьмешься? Сначала Свободу выручишь, потом Лиманск облагодетельствуешь, а там и всю Зону на путь истинный наставишь… Все засмеялись, Мика тоже хмыкнул. - Кого из знаменитых сталкеров знаешь? Только не говори, что Черный Сталкер – твой папаша, ладно? Я приколы уважаю, но в меру. - Кого знаю?- на мгновение задумался Мика,- да особо никого…. Отца Пимена знаю,- осторожно сказал он и по тому, как расслабились до того настороженные сталкеры, понял, что с кандидатурой божьего странника угадал верно. - Этого? Ничего мужик. Только на религии сильно повернут, а так – справный сталкер,- вступил в разговор молчавший до этого мужчина,- я его помню по нейтралам, когда он Алексеем еще звался. - Да?!- удивился старший. - Стрелок был - дай боже. Из дробовика кровососа с тридцати шагов валил. Потом исчез на полгода – говорили, что к центру Зоны подался, Исполнитель Желаний искать. Уж не знаю – нашел или нет, только разговаривать с ним после того похода стало совсем невозможно. На каждый вопрос сыпал цитатами из библии. Даже отец Валерьян, и то от него прятаться начал. Что дальше было – не знаю, я в Свободу вступил. Что, так и странствует с проповедями? - Странствует,- кивнул Мика. - Увидишь – привет от тезки передавай. Так и скажи – мол, тезка твой Лешка Грач кланяется. Будет в Темной Долине – пускай в гости заглядывает. - А теперь – таможня!- торжественно провозгласил первый сталкер,- чего глазами хлопаешь? Сидор выворачивай. Вдруг у тебя в нем бомба спрятана. - Сам и выверни,- лениво сказал старший. - Делать мне нечего! Может, у него там секрет имеется? Суну руку и останусь без пальцев. Кто вам тогда на гитаре играть будет? - Ты и так играешь, словно без пальцев… - Но, но! Музыканта, как ребенка, обидеть может каждый. Я ж консерваторию заканчивал исключительно по классу снайперской винтовки…. А ты, малой, не стесняйся, выкладывай свои закрома. Ребята, если артефакт – чур, мой! Мика еще раз вздохнул, но, не найдя ни в ком сочувствия, присел и развязал узел рюкзака, вздохнул еще раз и высыпал содержимое прямо на траву. - Так-с,- оживился старший,- и что у нас, ребята, в рюкзачках? Интересно, интересно… Мика пожал плечами – ничего интересного, разве что мать что-нибудь сунула украдкой, пока он моргал… Однако таможня закончилась, едва успев начаться – первое, что попалось на глаза и заинтересовало, был огромный куль с едой. - Братцы,- восторженно прошептал первый сталкер,- домашнее! Артефакты перед этим просто отдыхают! Он аккуратно брал и раскладывал перед собой пирожки, шанежки, шмат сала, домашнюю колбасу, вареную картошку и прочие припасы. Но особенно сразили его твердые хрустящие соленые огурцы. - Мама дорогая,- он поднес огурец к носу, понюхал его и зажмурился,- настоящий, бочковой… Мика не понял смысла последнего слова. Видимо, оно обозначало способ засолки. На хуторе огурцы всегда солили в большом ящике из-под артиллерийских снарядов – отец с соседом специально принесли, когда Мики еще на свете не было. - Угощайтесь,- упавшим голосом предложил он сталкерам. Все равно съедят, а так хоть подумают, что не жадный… - Старшой,- сделал просящее лицо первый сталкер,- видишь, парень угощает. Нас только вечером сменят…. Блин, ну нельзя такие огурцы есть просто так! А у меня имеется…, случайно в сидоре завалялась. Честное слово, я и забыл про нее! - Ты, и забыл про водку?- недоверчиво хмыкнул старший,- скорее я кровососа поцелую в присоски и жив останусь, чем поверю твоей байке. А если враги припрутся? - Так что нам одна бутылка на пятерых…- он оглянулся, задержал взгляд на Мике,- на шестерых сделает? Все ребята крепкие. Опять же, за знакомство полагается, а? Мика тоже глазами пересчитал сталкеров. Значит, где-то в кустах спрятался еще один? Оказывается, не совсем бросили службу любители свободы. - Ладно,- быстро сдался старший,- ты, Хомяк, и зомби уболтаешь на выпивку. С одним условием – двое в секрете, а не один, как сейчас. А чтобы лишку не выпил-закусил, тяпнешь и сразу идешь Молчуна менять. Уговор? - Уговор!- обрадовался Хомяк, мгновенно достал из-под матраца бутылку с коряво нарисованным казаком на этикетке и гаркнул,- тара – готовьсь! Из горла не дам! Потому что даже за себя не ручаюсь. - Уточни – особенно за себя,- засмеялся Грач, протягивая железную кружку. - А твоя где?- спросил старший у Мики. Мика до сего дня ни разу не пробовал водку. Видел, как пили взрослые – морщились, тяжело дышали, торопливо закусывали. А сам не пил. Но как откажешь сталкерам? Достал кружку, протянул Хомяку, тот налил. Не щедро – как всем, на два пальца (мера, что ли, такая?). Все дружно стукнули своими кружками о чужие (ну вот, еще не выпили, а уже чокнулись – хохотнул Хомяк) и выпили, после чего начали хватать еду, налегая на огурцы. Мика решительно проглотил жидкость – горькая, жгучая!- и, еле сдерживая слезы, тоже схватил с травы первое попавшееся. Повезло – мать много огурцов положила. - Пирожки пацану оставьте,- скомандовал вмиг подобревший старший,- ему еще до Лиманска чесать, если не врет, конечно. И вообще – сладкое портит фигуру. А уж с салом, извини, браток – прощайся однозначно. Как и с огурцами. Мать солила? - Ага. - Скажи, пусть к нам на базу поварихой приходит. Хоть от стряпни Ганжи отдохнем,- засмеялся Грач. - Эх, трудна ты, сталкерская служба,- вздохнул старший,- на базе Ганжа норовит шашлыком отравить, тут неведомый враг укокошить жаждет…. Ты, верно, хочешь спросить – какого рожна мы в этих кустах залегли? Мика спрашивать ничего не хотел, но головой кивнул – пусть рассказывает. Как говорил отец Пимен, пока человек с тобой разговаривает, он не опасен. Да и в голове как-то странно зашумело и поплыло… - А сидим мы тут в засаде – ловим самого страшного монстра Зоны. Знаешь, какого? Человека! Вторую неделю по всей Темной Долине только и делаем, что трупы товарищей собираем. И ни одного убитого когтями или клыками – все исключительно свинцом упокоены. Убивает кто-то нас, ежедневно. Оттого и на карантине Долина – чтобы чужих легче отследить было.  Уж лучше бы обычные монстры были – с теми опыт общения богатый. - Что далеко ходить,- вступил в разговор Грач,- несколько кровососов в сотне шагов отсюда живут, на заправочной станции. Их сначала хотели прикончить, да как-то сразу не срослось, а потом глянули – живут тихо, с заправки не вылазят, кормятся исключительно зверьем и дураками, что к ним с пьяных глаз забредут. И охрану с этой стороны можно не выставлять – мимо кровососа ни одна живая душа тайком не проскользнет. Такой рев поднимется – уши в трубочку свернутся! Так и порешили – пока не наглеют, пусть живут… - Их бы аккуратно забором покрепче обнести, и вот тебе готовый зоопарк,- сказал Хомяк,- можно деньги делать… - Ты еще здесь, змей-искуситель? Шуруй менять Молчуна. Грач, иди с ним в паре. Проследи, чтобы в засаде не трещал как радио у Ашота. - Обижаешь,- вздохнул Хомяк,- в засаде я – могила. - Чтоб у тебя на языке когда-нибудь мозоль с кабанье копыто выросла! Такие вещи вслух говорить! Они поспорили еще немного, привычно, без эмоций. Мика привалился к теплому валуну и подставил лицо легкому ветерку. Хорошие все-таки люди оказались сталкеры из Свободы! За что их убивают? Зря их… - Молчун, держи кружку – твоя порция осталась. Еле у Хомяка отнял,- сказал старший подошедшему сталкеру,- а закусь у нас сегодня царская. Вон, парнишка угощает…. Эй, пацан! Во, видал? Спит! С каких-то неполных ста граммов скопытился… Это было последнее, что услышал Мика перед тем, как провалиться в кружащееся и звенящее забытье…
  • 0

#10 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 24 November 2009 - 11:23

Это был одновременно и сон и явь. Во всяком случае, Мика грань между ними определить не мог. Голоса сталкеров, превративших засаду в пикник на обочине жизни, звучали так звонко, что из-за эха нельзя было понять ни единого слова. Одновременно где-то далеко слышались другие голоса – глухие и враждебные, но и их расслышать он был не в состоянии. Возможно, что это были совсем и не человеческие голоса. Может, это разговаривала сама Зона… Мика стоял у черной дыры в огромной скале – не пещера, а скорее трещина в камне. Он точно знал, что ему необходимо залезть внутрь. И отчаянно не хотел лезть. Вокруг висело марево, очень похожее на туман. Или дым? Нет, все-таки туман. Злые голоса доносились из трещины, поэтому и лезть туда не хотелось. - Не бойся,- сказал за спиной знакомый с детства  мужской голос,- твоя судьба еще не написана. Ты можешь уйти и не лезть в пещеру. Никто не обвинит тебя в трусости. Это не единственная дорога на Лиманск. Но эта – самая короткая. Мика резко обернулся и сквозь толщу тумана разглядел родное лицо. Отец! - Я так скучал, батя!- крикнул он и бросился к нему, но отец строго остановил его порыв: - Нет. Нельзя. Мы с тобой не можем даже руки подать друг другу…. Так решила Зона. Ты должен написать свой путь. Тогда мы встретимся. Будь осторожен, сынок… - Ты придешь домой?! Отец усмехнулся. А может, это просто ветерок качнул полосу тумана между ними. - Давай не будем об этом, сын. Я и здесь-то с тобой самовольно решился поговорить…. Запомни – Зона не любит жадных и злых. Хотя – чем тебе может помочь знание этого? Иди в Лиманск. Поступай по совести. Ничего не бойся. Снова воздух завибрировал от странного гула – словно замурлыкала огромная кошка. Отец нахмурился: - Мне пора. В дороге постараюсь помочь, когда станет совсем плохо. Но больше всего надейся только на себя. Удачи тебе, сталкер… Туман заколыхался в такт грозному мурлыканью, и фигура отца исчезла, словно растворилась в нем. Мика вздохнул и снова обернулся к трещине в скале. Легко сказать – не бойся! А если страшно? И хватит ли патронов пройти этим подземным путем до конца? Он провел рукой по поясу и почувствовал, как пот ручьем полился по спине – кобуры с пистолетом не было! Мика мгновенно открыл глаза, глянул на живот и облегченно вздохнул – приснилось… Кобура с пистолетом была на месте. Сталкеры весь свой обыск ограничили рюкзаком, даже карманы не удосужились проверить. - Моргаешь?- весело спросил старший,- в первый раз водочку кушать изволил, а?  предупреждать надо. - Голова гудит,- тихо сказал Мика. - Смотрю, ты к спиртному не расположен организмом. В таком случае держись от этой гадости подальше, понял? Сгоришь с непривычки, особенно если со старыми сталкерюгами соревноваться начнешь. - У тебя внутри для борьбы со спиртом чего-то не хватает,- поддержал старшего Хомяк, красный от выпитого ( рядом с костром валялись уже четыре пустые бутылки),- таким макаром индейцы в Америке спились начисто, и эти… чукчи в России тоже. Мика осмотрел остатки своих припасов – да, мать явно не рассчитывала, что сын будет угощать сразу пятерых. Зато рюкзак стал почти невесомым. - Ты куда? - В Лиманск. Пойду я. Старший блокпоста задумался. - Знаешь что, парень? Давай-ка для начала к нам на базу загляни. Объясняю – нам перед комендантом отчитаться нужно, что мы тут время с пользой провели. Не переживай, все равно скоро стемнеет – куда пойдешь? Ночью все посты не окликают, а сразу кладут, потому что ночью наши по Зоне не бродят. Примем как родного, накормим, напоим… чаем, спать уложим – все по законам гостеприимства! А утром вместе с очередной сменой без проблем доберешься до Свалки… ну, уговорил я тебя? - С ребятами нашими познакомишься,- поддержал командира Хомяк,- тебе же тут жить – пригодится. И самое главное – если станешь упираться, мы тебя все равно на базу доставим. Только силой и без радушия. Давай не будем ссориться, а? Голова еще гудела. Мика подумал немного и согласно кивнул. Действительно, гулять ночью по Зоне – это, знаете ли… немного опасно. Да и поглядеть на сталкеров Свободы на базе, в почти домашней обстановке было любопытно. Говорили, что они целые концерты тяжелого рока устраивают иногда… - Вот и ладненько!- искренне обрадовался старший,- я тут что придумал: ты отправляйся прямо сейчас, с Хомяком. Как раз, когда нас сменят, комендант с тобой вволю наговорится и отпустит. У бара Ганжи и встретимся. Хомяк, покажешь. - Не вопрос! - А ты парня сдашь и к Ганже – на вечер ужин закажешь. С лирической музыкой. У нас же гости, понял? - Два раза не вопрос,- шутливо отдал честь Хомяк, закинул пустые бутылки в дальние кусты и стал ждать, пока соберется Мика. После «таможни» собирать особо было нечего. Он небрежно покидал в рюкзак остатки еды, затянул узел и закинул за плечи. Готов. Они прошли вдоль отвесного склона до места, по которому можно было подняться, уже не помогая себе руками, и полезли вверх. - Слышь, парень,- сказал Хомяк, когда они дошли до длинного бетонного забора,- вот за этим забором и живут наши ручные кровососы. Зоной клянусь! Смотри, не забреди туда ненароком. Они же вечно голодают. Ребята пытались их перевести на другую пищу – и колбасу кидали, и водку от сердца отрывали – без толку. Ни пить, ни курить. Только сосать умеют кровопийцы. Вечером покажем тебе цирк с монстрами!- он весело захохотал. Они прошли еще несколько десятков шагов. - И вообще, ты серьезно в Лиманск собрался? Мика кивнул. - Тогда тебе тем более к нам на базу нужно! Покалякаешь с комендантом, потом можно и с нашим командиром пообщаться. Да что там можно! Он сам к тебе выйдет, как узнает. У нас командир классный! На саксофоне знаешь, как играет! Он тебе, может быть, до Лиманска даже отряд выделит – наши ведь на Военных складах тоже стоят, вот и проводят с почетом аж до Рыжего леса… За спиной раздались приглушенные сухие щелчки, потом несколько громких автоматных очередей. Потом еще одна очередь – длинная. Потом – тишина… Хомяк побледнел: - Блин, это ж на блокпосту! Это ж наших валят! Парень,- он умоляюще поглядел на Мику,- не убегай. Ладно? Как родного прошу! Я быстро, только ребятам помогу и вернусь! Он развернулся и бросился назад к блокпосту. Мика подумал – убегать он и не собирался – и тихонько последовал следом, зажав во вспотевшей ладони пистолет. Хомяк обежал крутой склон и бросился на полянку, щедро поливая окрестные кусты очередями из автомата. Он уже не боялся случайно зацепить кого-нибудь из своих, потому что разглядел возле костра четыре неподвижных тела. Пулю, прилетевшую из-за дальнего валуна, он не услышал… Мика не стал спускаться с холма. В наступающих сумерках было трудно разглядеть камуфлированные костюмы сталкеров, но он увидел их всех и даже кое-кого узнал – вон старший лежит, вон Молчун…. Где лежит Хомяк, Мика не знал, но по наступившей тишине догадывался – тоже где-то здесь. А потом стриженые волосы неожиданно решили стать настоящими ежовыми колючками, зашевелились и отвердели. Мика затаил дыхание, вернее, совсем перестал дышать. По поляне между убитыми медленно перемещались бесформенные тени, только отдельные части оружия тускло поблескивали. О таких монстрах ему слышать ни разу не приходилось… - Забирай только ценные вещи,- прошипел внизу чей-то хриплый шепот. Мика не колебался ни секунды. Он просто доверился тому единственному чувству, которое овладело им целиком и полностью – он доверился паническому страху. Осторожно отползя от края обрыва, он поднялся с колен только затем, чтобы сразу рвануть отсюда с самой максимальной скоростью. Мика промчался вдоль забора и выскочил на асфальт дороги, глянул вправо – оттуда доносилась веселая музыка – и побежал налево. На базе Свободы делать ему было совершенно нечего…
  • 0

#11 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 27 November 2009 - 19:51

Блокпост в натуре.
     Еще совсем недавно привычная Зона превратилась во внушающую ужас территорию.
     Не то чтобы Мика никогда раньше не видел мертвых. И на хуторе умирали, и в кольце смерти лежали тела неосторожных сталкеров. К тем, что лежал ближе к краям кольца, дети даже бегали – за хабаром из сталкерских рюкзаков и карманов. И ничего, не брезговали, не пугались. Отец Пимен как-то сказал:
     - Забрать хабар у мертвого – не стыдное дело. Ему он без надобности, а вам может жизнь спасти. Вот живых грабить – это грех.

     Солнце заметно склонилось к вечеру. Облака в небе стали гуще и темнее, словно зимой. Полил крупный дождь, правда, и кончился также внезапно, как начался.

     Мика на одном дыхании проскочил под странной деревянной конструкцией, сквозь окна которой было видно, как внутри из стороны в сторону мечется огненный силуэт. При других обстоятельствах Мика непременно задержался бы и залез посмотреть. О таких аномалиях он только слышал, и то краем уха.
     Но сейчас, после увиденной расправы над блокпостом, ему хотелось только одного – поскорее покинуть Темную Долину. Почему-то казалось, что дальше подобных ужасов не будет…
     Мика даже позабыл, что Темная Долина на карантине. В блокпост, ведущий к ближайшему выходу на Свалку, он не врезался лишь потому, что расслышал дружный громкий смех сталкеров. Остановился, приводя в порядок растрепанные мысли.
     Выйти? А что сказать? Дяденьки сталкеры, только что ваших товарищей какие-то монстры убили? Откуда знаю? Да сам видел! И когда его отпустят, если отпустят вообще? Пока разберутся, пока сходят вместе к покойникам…. Точно придется ночевать здесь.
     Общаться со сталкерами Мике больше не хотелось. И вкус водки до сих пор стоял во рту.
     Он огляделся в поисках безопасного прохода. Немного правее за валунами виднелся остов грузовика. Если залезть наверх, можно изловчиться и перепрыгнуть ограждение из колючей проволоки.
     Мика побрел туда, постепенно успокаиваясь. Конечно, это были не монстры. Покойный старший блокпоста ясно сказал -  на них охотятся люди. Монстры не умеют пользоваться оружием. Или научились?!
     Из известных Мике монстров на человека были похожи многие – и кровосос, и контролер, и снорк. Бытовали легенды, что последние два вообще раньше были обычными людьми, только Большой Выброс их изменил…. Но оружием они не пользовались, это точно.

     Он почти дошел до грузовика, как вдруг обостренное недавними смертями чувство опасности остановило его. Мика осторожно огляделся и рядом с кабиной, лежавшей отдельно от остального железного хлама увидел спящую псевдособаку. Что-то в ней было не так – и окрас иной, и морда слишком тупая…
     Собака тоже учуяла постороннего, лениво подняла лобастую голову, принюхалась. А потом Мика помчался что было сил обратно, потому что увидел, как из ниоткуда, прямо в воздухе невероятным образом появилась еще одна такая же собака, следом – вторая…
     Он бежал, молясь, чтобы не споткнуться и не упасть, а сзади с рычанием неслись два только что сотворенных клона пси-собаки, которая даже не сдвинулась с места.
     Только через бесконечную минуту Мика понял, что преследование прекратилось. Очевидно, пси-собака так и не увидела его, просто выслала клонов, а когда успокоилась, те сами собой пропали.

     Мика остановился отдышаться и подумать. Существовали еще переходы на Свалку, но там, скорее всего, тоже стояли блокпосты Свободы. Так что – какая разница, где пробовать? По крайней мере, сюда ближе – вон, завернуть за большой камень и сразу – здрасьте, дяденьки!
     До него снова донесся гул мужских голосов. В этот раз не смеялись, наоборот – ссорились нещадно, едва не срываясь на драку.
     Мика залез на валун и пригляделся. У костра стояли разделившиеся на две неравные группы сталкеры. Из-за чего ссора, разобрать было невозможно – орали одновременно все сразу. Мика пересчитал их – с одной стороны двое, с другой трое. На том блокпосту тоже было пятеро. Значит, в кустах никто не прячется. Нужно попробовать…

Он слез с валуна, протиснулся в щель между камнями и стал тихо красться, стараясь, чтобы невысокие кусты все время были между ним и сталкерами. Через два десятка шагов блокпост остался за спиной. Мика облегченно вздохнул и ускорил легкий шаг.

     - Внимание! Чужой!- хлестнула по спинному мозгу громкая команда сзади. Заметили все-таки!
     Мика не стал ждать дальнейших действий опомнившихся сталкеров. Он втянул голову в плечи и припустил во весь дух, по-заячьи петляя от сосны к сосне, от валуна к валуну. Запоздалая очередь в десяток патронов прошла и левее, и много выше. Больше не стреляли – Мика перепрыгнул через поваленное дерево и увидел вдалеке высокое полуразвалившееся здание – Барахолка, нейтральное место Свалки, куда ходили прикупить провизию, водку и патроны все местные обитатели без исключения. Прорвался…

     По рассказам отца Пимена, с этой стороны тоже иногда стоял чей-нибудь блокпост. То Свобода контролировала выход на Свалку, то бандиты контролировали вход туда же. Мика буквально ползком пробрался к Барахолке. Подушечки пальцев мягко колола повышенная радиация – не смертельная, фоновая. Никого.

     И снова встал выбор пути. Идти через Агропром – это нужно сворачивать налево. Идти через Дикую Территорию – вон железные ворота, справа. Оглядеться, что ли, пока не стемнело?

     Мика в нерешительности шагнул к воротам и замер в испуге – на бетонных плитах у ворот сидел сталкер в черной куртке, какие обычно носят бандиты. Просто кожаная куртка – ни от чего не защищает, разве от ветра и осадков. Отличительный знак для своих, что ли?
     Сталкер увидел, что Мика глядит на него и призывно махнул рукой. Второй рукой поднял над головой охотничье ружье, дескать, не балуй.
     С такого расстояния он вряд ли бы попал картечью даже в здание Барахолки, но Мика же этого не знал! Потому и пошел понуро на призывный жест, проклиная себя за то, что сразу не подался на Агропром.

     - Гляди, братва, кто к нам колеса катит!- громко и ненатурально удивился сталкер,- а ну, пацан, ходи сюда. Общаться будем.
     Из-за плит выглянула голова, оценила обстановку и снова исчезла. Тоже блокпост, только бандитский. Ясно.

     - Куда лыжи топчешь, фраер?
     Мика пригляделся. Несмотря на весь напускной гонор, хрипотцу и манеру держаться, было ясно видно – бандит если и старше Мики, то ненамного.
     - А, это…- осторожно сказал он,- мне говорили, что тут блокпост Свободы всегда был. Вы что, с ними поменялись?
     - Ага,- как-то неопределенно буркнул бандит,- типа поменялись…. Без особого желания. Куда рулишь? Второй раз спрашиваю, между прочим. Третьего раза может и не быть. Вдарю дуплетом между глаз – и никто никуда не идет.
     - В Лиманск иду.
     - Ты охренел?! Какой Лиманск через Дикую Территорию?! Здесь только толпой проходят, стволов в двадцать. И то не все доходят, мамой клянусь. А в одиночку либо психи, либо супермены. Хотя и тех и других в последнее время что-то поубавилось.
     - Куцый, помочь?- лениво окликнули с той стороны плит.
     - Не кипиши, Гимнаст, я в теме.
     - Базара нет, твой фраерок…. Так, раз хода нет – хожу с бубей! Вот вам семака, мля!
     Мика посмотрел на небо. Солнца уже совсем не видать, дома хуторяне сесть за вечерю собираются…. А он по Зоне бродит в гордом одиночестве. На душе стало горько и пусто.
     - Ты думаешь, тут эти ворота просто так стоят?- более спокойным голосом продолжал бандит,- ага, снорка лысого. В получасе ленивой ходьбы целый город брошенный, а мы тут в землянках от радиации ласты клеим. Прикинь, за воротами дорога в настоящий ад! Там одних контролеров тыща, а может, и все две. А кровососов столько, что они друг дружку сосут от недостатка сталкеров.
     Мика содрогнулся.
     - Во, во!- заметил его состояние Куцый,- пошли, икс-курсию сбацаю. Типа  по музеям и выставочным барам столицы. Пошли, пошли – будет интересно, обещаю.
     Они обогнули пачки бетонных плит и остановились у длинного ряда невысоких холмиков.
     - Пришли,- сказал Куцый,- мадам и месье, обнажите ваши вешалки для шляп. Все это было не далее как вчера и сегодня. Типа поучительная история для дебилов вроде тебя и меня, подавшихся в Зону за птицей цвета ультрамарин.
     Мика вопросительно посмотрел на него. Куцый перехватил взгляд, оскалил зубы в пародии на улыбку:
     - Не боись, не замерзнешь, ожидаючи. А дело тут было такое – еще вчера днем стоял здесь блокпост Свободы. Сам к ним не раз за травкой мотался. Нас Йога – атаман – отправил возле Барахолки тереться – мало ли что…. Вот мы и расположились у озерка, связь с фрименами – так себя свободовцы называют – наладили и отдыхаем на весеннем солнышке. Под вечер замелькали у блокпоста фигуры какие-то неясные…

     Мика вспомнил загадочные тени среди погибших на первом блокпосту и даже рот раскрыл от усердного слушания. Куцему такое внимание понравилось:
     - Помогать, ясный перец, мы не сунулись – каждый сам за себя. Это ж Зона! Только поближе перебрались и зырим театр с удобной ложи.
     - Ну?
     - Долг это был,- торжественно сказал Куцый,- четыре квада зараз. В смысле – за один раз. Ну, и заразы они – это тоже верняк. Положили блокпост в полминуты – Свобода вообще сторожить не умеет, если честно. А Долг – это ж роботы, в экзоскелетах, с пулеметами – фигли им фрименов не положить? Мы только рты разинули, а здесь уже власть поменялась. Три квада ушли, оставшиеся живо лопатами пошерудили, и теперь мы с тобой печально смотрим на дальний ряд могилок – прощайте, фримены, я никогда не забуду вашу травку!
     Мика посмотрел в указанную сторону и удивился – могил было больше чем пять.

     - А кто сказал, что кино закончилось?- неестественно хохотнул Куцый,- самое интересное будет во второй серии. Вот…
     Он снова глянул на Мику, и в глазах была такая смертная тоска, что Мика удивился.

     - Мы ближе подбираться не стали – Долг не Свобода, ему по фигу, кого в Зоне мочить. Он вообще даже нейтралов с трудом переваривает, а нашего брата переваривает очень даже легко. В общем, нам что Долг, что кровосос – одна херня. Но все ж таки люди….
     Глухой ночью – даже луна не светила,- внезапно охрипшим голосом, в котором ужас был самым настоящим, произнес Куцый,- на блокпосту снова началась стрельба. Мы сначала решили, что это Свобода пришла обратно точку отбивать. Только стреляли в основном только долговские волыны.  Минут десять молотили, трассеры во все стороны летали…. Потом все стихло.
     Мы дождались рассвета, осторожненько подкрались – интересно же, кто это Долгу по сусалам надавал. И увидели…
     Он  взял Мику за руку, ладонь была влажной и ледяной. Через три шага остановился, стволом ружья ткнул в яму:
     - Вот кто тут Долг отутюжил.

     Мика заглянул в яму. На дне, вытянувшись во весь свой немаленький рост лежал покрытый жесткой коричневой шерстью кровосос. Даже в тусклом вечернем свете были видны маленькие черные глазки, огромные когти на лапах (или все-таки руках?) и противные, мерзкие щупальца с присосками, пучком торчавшие из того места, где у людей находится рот.

     - Хоть с Долгом у нас и нелюбовь, но парней мы прикопали по-человечьи,- дрожащим голосом продолжил Куцый,- теперь лежат вместе со Свободой и ничего не делят. А эту тварь скинули в яму – когда тащили, чуть не стошнило, мамой клянусь! Шерсть как проволока, даже сквозь перчатки колется. Тащу, а сам думаю – это ж сколько должно было быть кровососов, чтобы квад Долга весь положить? Четырех бронированных профессионалов! Это ж какие у них когти, если они экзоскелеты рвут словно газету?! И когда это кровососы на блокпосты нападали? Да еще группами! Они ж твари одиночные, это в Зоне каждому известно! И, самое главное – как они сюда сквозь закрытые ворота просочились?! А потом обратно ушли…

  • 0

#12 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 27 November 2009 - 19:55

     Куцый продолжал держать Мику за руку, не замечая, что его бьет нервный озноб. Даже зубы начали стучать.      - Теперь тут мы обосновались – Йога приказал. Ему-то клево – сидит в Депо, хабар делит, да пацанов на разборки шлет. А мы здесь. И скоро опять будет ночь. Мамой клянусь – свалил бы без тормозов! Внутри все аж колотится, сердце как бубен.      - Так свали.      - А куда?! Может, подскажешь тихое местечко? Мля, рассчитаюсь по вышке, без базара!      - Домой…      - Умный, мля! Попасть в Зону трудно, а выбраться из нее вообще нереально. Думаешь, я не пробовал? В прошлом году решился на рывок – короче, сбежал из бригады. Хабара подкопил всякого, бабла наскреб и рванул. Топчу Зону, а сам размышляю – куда бежать-то? На север – мне оттуда до родного Брянска вообще тьфу!- только через АЭС можно. А излучение? А Монолит этот гребаный? И радиации там немерено. Короче – не фонтан. На западе болота лежат – без проводника хрен проберешься, на востоке река лучше всякой заставы покой Зоны стережет. А на юге все обжитые пути-дороги вояки держат.      Он помолчал, трясущимися руками достал сигарету, протянул пачку Мике, но тот отказался.      - Как хочешь,- пожал плечами Куцый,- помрешь здоровым, всего и разницы. В общем, ломанулся я на юг. Четыре дня дырки в ограждении искал. Да, дырки в колючке – фигня, за проволокой минные поля ведь! Только таблички заботливо расставили, суки – чтобы самим по пьяни не залезть. Пытался через блокпост, по-честному. Даже разговаривать не хотят – сразу стреляют. Чудом цел остался. Отловил одного вояку у сортира, через забор два часа уговаривал пропустить. И хабар предлагал, и деньги! Короче, хабар при мне остался, а деньги взял и больше я его не видел. Даже в дырку в заборе. А увидел бы – мочканул гниду без раздумий! Это ж надо – человека поманить и нагло бросить! Мля, это же жизнь, а не преферанс!      - А дальше что?      - Дальше? Бродил по Зоне, пока желудок сам себя не начал переваривать. Это только кажется, что у реальных пацанов жизнь привольная да прикольная. Никто нас тут не любит, хоть ты в бригаде, хоть сам по себе. И другие бригады к себе берут неохотно – особенно когда все в порядке. Короче, через месяц вернулся обратно. Пацаны поржали, бригадир штраф наложил за измену, а в целом все вернулось на свои места. Как и я.      - Зачем ты сюда вообще полез?      Куцый долго молча курил, потом тяжело вздохнул:      - Богатства захотелось, мля. Нереального. К нам в Брянск упырь один приезжал, про Зону с пацанами тарахтел. Типа, города тут стоят брошенные, хабара выше крыши всякого, а за артефакты торгаши платят живым золотом.      Пацаны постарше только лыбились, а мы, лошары, уши-то и развесили. И в самом деле, обидно, когда какой-то Андрюха Наперсточник уже на личной бэхе раскатывает, а ты у школ с малолеток мелочь все еще вытряхиваешь…      Короче, сговорились мы с Веней Нариком, и рванули. Упырь все толково разъяснил – где проводника искать, сколько бабок давать за проход воякам, что с собой брать для первого времени…. И про брошенные города не соврал, и про артефакты. Все оказалось правдой. Вот только про монстров почему-то не упомянул. И про то, что здесь война идет – все против всех! - тоже. Вене еще повезло – его вояки на переходе подстрелили. А мы прошли…      - Мы?!      - Нас девять человек шло с проводником. Кое-кто возвращался, кое-кто как я новенький. Веню – я видел – вояки живого подобрали, в ногу пуля попала. Хотел помочь, да проводник не разрешил, сказал идти не останавливаясь. Повезло Вене. Говорят, за незаконный переход срок дают. Да я лучше в той зоне сейчас бы чалился, чем в этой…      Стемнело. Окрестности Барахолки сузились до расстояния вытянутой руки. Только редкие сталкерские костры маяками светили в ночи, еще больше оттеняя наступившую тьму. Луна скрылась за низкими облаками, в просветы между ними заглядывали многочисленные мерцающие звезды.      - Извини,- виновато сказал Мика,- но мне и правда срочно нужно в Лиманск. Там люди страдают. Я их оттуда вывести должен.      - Ты, что ли, проводник?- удивленно вскинул брови Куцый,- ты же салабон еще незрелый, какой из тебя, к снорку, проводник?      - Так вышло,- тихо, но твердо сказал Мика.      - Фига себе…      - Раз тут нельзя – попробую через Агропром.      - Попробуй. Только Агропром – земля Долга. Там на каждом шагу их блокпосты. Как думаешь – далеко прошагаешь? Тем более, что они сейчас прямо напротив Депо точку с пулеметом поставили. Хрен проскочишь. Давит нас Долг на Свалке, мама – не горюй. Отвечаю – завтра с утра придут нас отсюда вышибать. Если,- тут голос его дрогнул,- нас за ночь отсюда кровососы не вынесут…      - Все равно, нужно идти.      - Идти он собрался,- усмехнулся Куцый,- да я еще твой сидор не вытряхнул!      - Тряси,- пожал плечами Мика,- его днем Свобода вытряхнула. Может, найдешь что-нибудь, что они пропустили.      - Намекаешь, что с тебя взять нечего?      - Как есть, так и говорю, без намеков. Охота в моем рюкзаке копаться – я не против. Только брать там уже действительно нечего. А я и рад – идти легче стало.      - Ну вот,- искренне огорчился Куцый,- а я надеялся на тебе навариться – штраф бригадиру с чего-то отдавать нужно.      - Эй, Куцый, тебя там до смерти не засосали?- крикнул из-за плит сиплый голос.      Остальные бандиты засмеялись.      - Непруха, Вареник,- крикнул в ответ Куцый,- фраер пустой попался. В Лиманск шкандыбает.      Смех разом оборвался. Тот же сиплый голос после долгой паузы произнес:      - А ну, малой, давай-ка этого туриста сюда. Разглядывать будем.      - Пошли,- потянул за рукав Мику Куцый,- не бойся, пацаны нормальные, беспределом не балуют.      Они вышли из-за плит и остановились, освещенные пламенем костра. Сидевшие сталкеры едва заметно напряглись, изучая Мику, потом переглянулись удивленно.      - Ты, фраерок, часом нам мозги не пудришь насчет Лиманска?- спросил обладатель сиплого голоса,- в наше время в ту сторону даже вороны просто так не летают. Да еще ночью.      - Мне срочно нужно в Лиманск,- твердо ответил Мика,- день или ночь – неважно. Я хотел со сталкерами из Свободы пройти, но их сегодня всех убили. Поэтому я иду один. Пропустите, пожалуйста.      Бандиты вновь переглянулись.      - Ты что думаешь, Гимнаст?- спросил сиплый у своего соседа,- похоже на правду, или нас лечат без наркоза?      Гимнаст пожал плечами:      - Буду я над такой ерундой свой единственный мозг корежить! Взять нечего? Пусть валит куда хочет. Хоть в Лиманск. Не патрон же на него тратить. Опять же – яму новую копать потом…      - О, Вареник!- приподнялся на локте другой сталкер,- мы этого лошка в своих целях используем!      - Как это?      - Выпускаем его за ворота, и пусть чешет в Лиманск через Дикую Территорию. Там его кровососы встретят, и к нам после сытного ужина уже не пойдут. Гениально?      - Толково,- согласился Вареник,- типа кинем им кусок живого мяса. Согласен. Все равно он туда рвется.      - Может, пусть до утра с нами посидит?- нарочито безразлично сказал Куцый, но от него только отмахнулись.      - Так, пацан…. Волына есть? Ну, ствол, шпалер - этот, как его… пистолет? И обрез есть? Это хорошо. Пойдешь так – в одной руке обрез, в другой пистолет. Зачем? У тебя времени обрез перезарядить не будет, фраер! Может, хоть одного кровососа подранишь, они и передумают к нам соваться. А утром мы отсюда слиняем, потому что не Долг, так Свобода вернется.      По знаку Вареника двое других бандитов, настороженно прислушивавшихся к тишине за забором, приоткрыли створку ворот и пропихнули в образовавшуюся щель Мику. Ворота тут же с лязгом захлопнулись.      - Тише вы!- недовольно рявкнул Вареник,- зачем тварям лишний раз о воротах напоминать…. А ты, милок, иди в свой Лиманск, иди. Очень хотел бы пожелать тебе счастливой и долгой дороги, но я старый дядя и в добрые сказки давно не верю. Так что – прощай.      - Спасибо,- только и сказал Мика, повернулся и через пару шагов растворился в кромешной тьме.      - Слыхал, Гимнаст?- сказал, усаживаясь на нагретое место Вареник,- лошок мне спасибо сказал на прощание. Его на верную смерть вытолкали, а он – спасибо…      - Может, это и не человек был?- хохотнул Гимнаст,- а новый монстр какой-нибудь. Который кровососами питается. Вот за это тебе и спасибо.      - Пошел ты…. На ночь такие базары заводить. Лучше давай что-нибудь ласковое, мягкое, нежное.      - Ага, понял. Типа, просыпается реальный пацан после конкретной попойки, идет к зеркалу и гадает – Вася? Петя? Коля? А зеркало ему и говорит – не Вася-Петя-Коля, а контролер! Тот в ауте – я контролер?! А зеркало отвечает – нет, контролер – это я. А ты, дятел, в окно уставился…      Все слишком весело рассмеялись, особенно Куцый.
  • 0

#13 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 28 November 2009 - 15:22

Когда контролеров слишком много.

     Мика шел вперед. Позади еще были слышны голоса сталкеров, но с каждым шагом они становились все тише и тише.
     Не эта ли трещина приснилась мне сегодня? И отец ясно дал понять – тут самый короткий путь к цели. И рев монстров изнутри…. Скоро я с ними встречусь…- думал он и продолжал упорно шагать.
Организм, за сегодняшний день неоднократно выплеснувший в кровь доселе непривычно большие дозы адреналина, пребывал в состоянии ступора. То есть, ни на что не реагировал – отдыхал.

     В левый бок кто-то чувствительно ткнул кулаком размером с набитый сеном рюкзак. Раздался тоненький свист, потом рев, оглушительный хлопок.
     Аномалия – догадался Мика и отпрянул в сторону. Пока с людьми разбирался, совсем забыл, что в Зоне есть и другие опасности. Хорошо, что эта аномалия была уже старой, выдохшейся, доживающей свои последние дни. Максимум, на что она была еще способна – дать зазевавшемуся путнику хорошего пинка. Попасть в свежий Трамплин – верная гибель, никаких шансов…
     
     Мика поморгал, приноравливая зрение к ночному режиму. Эту свою способность он обнаружил еще в детстве, когда только научился читать. Иногда взрослые мужчины из походов приносили не только пищу, но и книги. Эти книги и таскал потихоньку Мика, читая их ночами. Естественно, без света. Сначала ничего не видел, скорее, угадывал. Потом будто в глазах фонарик включился – неяркий, зеленого цвета. А потом мать поймала его с книгой и отлупила…

     Перед ним расстилалась неширокая асфальтовая дорога, ведущая через теснину на верх холма. Сквозь трещины покрытия то там, то тут проросли кусты, а кое-где даже и  деревья.  
     Сосны, росшие вдоль дороги, в ночной темноте казались гигантами, уходящими своими верхними ветвями прямо к звездам.
     Тишина буквально звенела. Никто живой не выдавал своего присутствия. Мика знал, что из птиц в Зоне остались только вороны, из животных тоже мало кто выжил. Хоть бы ежик палой листвой зашелестел – подумал он угрюмо, прекрасно зная, что ближе к центру Зоны ежики не водятся.

     Мика поднялся на вершину холма и остановился перевести дыхание. В этот момент тучи на небе расступились, выпустив покрасоваться Луну размером с человеческую голову – нереально огромную и яркую. Ее свет словно водой залил пространство. Мика посмотрел вперед и ошеломленно присвистнул.

     В долине перед ним лежал город. С вершины холма он легко различал прямоугольники домов с черными дырами окон,  длинные сплошные полосы абсолютной тьмы – тени от заборов, кляксы черноты посреди залитых лунным светом открытых пространств – скорее всего, брошенные машины на улицах…. Легендарный, покрытый жутким мраком неизвестных опасностей Росток.

     Возможно, город можно было обойти слева или справа, но отсюда Мика так далеко видеть не мог, а проверять не было желания. Почему-то он всерьез уверовал, что идти в Лиманск нужно как можно скорее. Значит, он пойдет через город.

     Он деловито проверил, легко ли вынимается из кобуры пистолет, подумал еще немного, срезал дареным ножом толстую палку, небрежно несколькими ударами заточил оба конца, и пошел вперед, держа в одной руке обрез, а в другой палку, на которую временами опирался как на обычный дорожный посох.

     Мечущиеся тени Мика разглядел, когда был уже посередине пути от холма к городу. Сердце пропустило несколько тактов, но он присмотрелся и облегченно вздохнул. На окраине у первых домов привольно расположилась огромная стая слепых собак. Конечно, тоже ничего хорошего, но, по крайней мере, это не кровососы…
     Отсутствие зрения сыграло со слепыми собаками злую шутку. Совершенно ненужное для охоты в Зоне, оно было бы очень полезным при встречах с хитрым и умным противником – человеком. Стоило сталкеру просто замереть на месте и длительное время не подавать признаков жизни, как слепые собаки просто-напросто теряли его из зоны внимания. Запах? Да, он тоже играет важную роль, но в Зоне все пахнут практически одинаково – Зоной. За исключением курящих, но они долго и не живут. Во-первых, курение смертельно опасно, во-вторых, жизнь в Зоне опасна еще больше, чем курение…

     Потеряв шумовой контакт с потенциальной жертвой, слепые собаки быстро отвлекаются на новые звуки и через несколько минут вообще уходят по своим собачьим делам. Намного опаснее стаи, если в них заводятся псевдо-собаки. Потомки волков, обладающие отличным зрением и нюхом, они руководят действиями слепых собак, заставляя жертвы издавать шум и становиться доступными…

     Мика обвел взглядом колышущееся от передвигающихся бесчисленных собак пространство и приуныл. Такая огромная стая не испугается ничего и никого. Чтобы здесь пройти, понадобился бы не один квад Долга с пулеметами.
     Он посмотрел налево и направо – на примерно равном расстоянии от дороги и там и там тянулись заграждения из колючей проволоки. В свете Луны проволока блестела, словно только что натянутая.

     Да и поздно было уже искать дыры в заборах. В нескольких шагах впереди уже стоял пес и настороженно вертел узкой длинной мордой, пытаясь поймать ушами новые звуки.
     Молодой еще – машинально подумал Мика, научившийся на хуторе различать слепышей. Уши торчком стоят, хвост трубой. Опытные собаки выказывают больше настороженности. Жизнь учит.
     Стараясь издавать поменьше звуков, он присел на корточки. Слепыш немедленно возбудился, приблизился и стал тщательно нюхать воздух буквально в сантиметрах от Микиного лица. Мика не выдержал и рукой, в которой продолжал держать обрез, нежно провел по шерсти за ухом.
     Собака вскинулась и отпрыгнула на несколько метров. Кажется, даже описалась с испуга. Она сделала полный круг и вновь начала осторожно подкрадываться к Мике.

     Когда-то отец Пимен вывел любопытную теорию насчет слепых собак. По ней выходило, что в предках у них числятся собаки, пережившие и Аварию на ЧАЭС, и Большой Выброс. Следовательно, у всех них были когда-то хозяева. Люди. И собачья память где-то в самых отдаленных своих уголках сохранила образы этих хозяев. Может даже быть – посмеиваясь, сказал тогда отец Мики – что они помнят своих хозяев так, как люди помнят о Боге? И отец Пимен, подумав, согласился с ним. В общем.

     У большинства сталкеров, промышлявших по Зоне, запах был специфичный. Во-первых, запах оружия. Во-вторых, запах костра. В-третьих, запах водки или лекарств. Они не могли пахнуть хозяевами. Хозяевами пахли только те, кто родился в Зоне. Как и сами слепые собаки. Во всяком случае, слепыши на хуторе признавали Мику за главного безоговорочно. Но – это на хуторе…
     На что мне обрез?- подумал Мика и убрал его в специальный карман на куртке, предварительно поставив на предохранитель. Щелчок вновь заставил слепыша насторожиться, однако во второй раз он приблизился более смело.
     Мика снова положил ладонь на безглазую голову. Собака напряглась, даже коротко проскулила, но не сдвинулась с места.
     Через несколько минут она уже стонала от наслаждения, безо всякого страха подставляя под человеческие пальцы то шею, то живот, то лобастую морду. Страшные зубы нежно покусывали их, иногда яростно впиваясь в собственное тело там, где бесчинствовали блохи.
     Мика поднял голову и обомлел – вокруг уже кружили несколько десятков слепышей, привлеченных странными, но совсем не страшными звуками своего сородича.
     Он положил посох, протянул вторую руку и вскоре уже чесал шею у второй собаки. Потом – у третьей, четвертой…

     Он не знал, сколько прошло времени. Вокруг бесновалось собачье море, принявшее его если и не за хозяина, то за своего – это уж точно. Иногда в этом море мелькали спины псевдо-собак, не принявших его, но и не способных нанести вред без того, чтобы не оказаться самим разорванным в клочья. Ладно, живи пока – казалось, говорили их полыхающие взгляды искоса. Еще встретимся, человек…

     Мика устал. Он с трудом нашел под снующими собачьими телами посох, выпрямился  на затекших ногах и сделал несколько шагов вперед. Стая заволновалась, словно единое целое и тоже пришла в движение – в город.
     Он переставлял ноги, семеня мелкими шажками, чтобы не отдавить бесчисленные лапы. Лицо горело, натертое шершавыми языками, на куртке темными пятнами виднелась обильная собачья слюна.

     Луна то пряталась за тучами, то снова заливала своим светом окрестности. С каждым шагом дома становились все ближе. С каждым шагом стены и заборы становились все выше. С каждым шагом улица становилась уже и глубже. С каждым шагом усиливался Микин страх. С каждым шагом он был все ближе к ужасу, затаившемуся в городе и теперь с нетерпением ожидавшему его появления…
     Безбрежная собачья стая постепенно втягивалась в город, плотно забив собой улицу. Мика шел ближе к голове необычной процессии, а сзади напирали собаки, гонимые любопытством. В ближнем круге шли слепыши, принявшие Мику как родного и готовые его защищать. Как их предки до Аварии…

     Если в городе и были существа, ложившиеся на ночь спать, непрерывный громкий лай сотен собак должен был разбудить и их. Если в городе были – а ведь были! И в огромном количестве!- те, кто предпочитал ночью охотиться, получившийся шум должен был их встревожить. Во всяком случае, думал Мика, чтобы добраться до меня, тому же кровососу придется изрядно потрудиться…
     Зрение с зеленоватым оттенком выхватывало отдельные фрагменты улицы. Иногда под ногами хрустели стекла, чаще – человеческие кости. То тут, то там валялись разорванные в клочья сталкерские комбинезоны, из-за прозрачных забрал бронированных сфер таращились пустыми глазницами черепа. Ржавое оружие гремело под лапами слепых собак. Очевидно, это был главный вход в Росток. А, может быть, и единственный с этой стороны. А дальше-то куда?!

     Возбужденная стая не давала Мике времени на раздумья, просто тащила с собой куда-то вглубь строений. Им – слепым – что день, что ночь, без разницы! Мика мимолетно пожалел местных жителей, потом подумал, что жалеет не людей, а кровососов и контролеров и даже немного развеселился.

  • 0

#14 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 29 November 2009 - 17:34

Через какое-то время он с некоторым испугом обнаружил рядом с собой бегущую в плотной массе псевдо-собаку. Однако та не обращала на него никакого внимания, и Мика с радостью догадался – облизанный псами, он приобрел запах стаи! Догадка подтвердилась необычным способом.      Из-за низенького забора на шум выглянул кровосос. Он обвел пристальным взглядом сборище собак, задержался на фигуре Мики, словно разглядывал что-то, смутно знакомое. И не вспомнил. Жажда крови заставила кровососа перегнуться через забор, ловким взмахом он зацепил ближайшую собаку и перекинул ее на свою сторону – только жалобный визг повис над всеобщим лаем и ворчанием. Ближайшие псы шарахнулись в сторону, залились злобным лаем, но продолжили общее движение вперед.      Мика низко пригнулся, чтобы ростом не выделяться из плотной массы, но кровососу уже не было до него никакого дела. Он скрылся за забором и приступил к трапезе…      Возбужденная новыми ощущениями стая достигла небольшой площади и остановилась.      Мика огляделся. Вновь выглянувшая из-за облаков Луна осветила площадь и оттенила черные провалы улиц, расходящихся в разные стороны. Предстояло выбрать нужную.      Он задумался. О Дикой Территории подробных и точных рассказов в среде сталкеров никогда не существовало. Иногда кто-нибудь вспоминал о далеком прошлом, когда на этом месте день и ночь гудели заводы, на огромной железнодорожной станции пыхтели тепловозы и грузились вагоны. Так было до Аварии…      Мика пожалел, что недостаточно внимательно разглядывал позапрошлой ночью карту отца Пимена. Собственно, этот путь в качестве основного ими и не рассматривался. А жаль. Теперь приходилось надеяться на удачу. Или на слепых собак.      Однако слепыши, расположившись на площади, идти дальше вглубь Ростока не собирались. Им и здесь было хорошо – подумал Мика и расстроился. А ему нужно идти. На север. Еще бы знать, где этот север…      Он еще раз вгляделся в черные провалы улиц. Та, что слева, явно вела не в нужную сторону. Значит, не она. Улица справа была узкой, в ее глубине тускло блестело железо – скорее всего, ворота. Остается та, что вела прямо.      Ждать утра Мика не собирался. Раз пошел, так пошел. Он осторожно протиснулся сквозь плотное кольцо зевающих, грызущихся, чешущихся и просто мечущихся собак. Следом потянулись несколько любопытных. Остальные уже забыли о нем. Только запах чужака, пробивающийся через запах псины, заставлял крайних немного настораживаться.      Первый шаг по улице Мика сделал так, как ступал на первый лед хуторского озерца – с замиранием сердца. В ушах еще звенел собачий лай, усиленный эхом. Однако было еще что-то – он слышал и не мог понять, что? Какое-то ворчание, в котором звуки сами собой складывались в понятные слова…      Под ногами хрустели человеческие останки, доведенные мощными челюстями здешних обитателей до размеров мелких камешков. Но по количеству растерзанных сталкерских комбинезонов, обилию стреляных гильз  и разбросанному вокруг оружию Мика понял, что выбрал правильное направление – отряды вооруженных людей пробивались через Росток к Военным складам именно по этой дороге.      Эскорт из слепышей, увязавшихся за ним, с каждым шагом редел. Зов стаи был намного сильнее любопытства. То одна, то другая собака отбегала в сторону и не возвращалась. А через пару сотен шагов Мика остался совсем один.      Луна спряталась, и ему приходилось напрягать свое ночное зрение, чтобы разглядеть тени впереди – не прячется ли там кто-то ужасный. В руке сам собой вновь появился обрез, а посох Мика давно держал словно копье.      Тускло-серые стены вокруг, казалось, издавали слабое свечение, от которого на душе становилось еще муторнее. Город призраков, город – призрак…. Живым здесь делать было нечего.      Мика дошел до очередного перекрестка, осторожно заглянул за угол – никого. Его немного беспокоили еле слышимые далекие голоса, в которых от человеческих были только понятные слова. А что за слова – то, кстати?      И в тот же миг громкий властный голос раздался в тишине города-призрака, заставив Мику на мгновение присесть от неожиданности и ужаса.      - Иди ко мне!- сказал голос.      Мика завертел головой, пытаясь разглядеть говорившего. Судя по громкости, тот должен был стоять прямо у него за спиной. Но рядом никого не было, даже его тени…      - Иди ко мне!- повторил неизвестный, и Мика с удивлением обнаружил, что ноги сами начали шагать, свернув с намеченного пути в черный проулок.      - Иди ко мне!- в голосе не было эмоций. Только власть.      И еще одно внезапно понял Мика – голос звучал у него в голове. Что – здравствуй, дядя контролер?!      - Иди ко мне!- снова повторил голос, и Мика со слабым удивлением обнаружил, что направление движения резко изменилось. Теперь он шел в другой проулок – напротив первого. Контролер играется? Или это другой контролер?      - Иди ко мне! Иди ко мне! Иди ко мне! Иди ко мне!- звучали команды в голове. Некоторые из них были тише, некоторые вообще не слышались, а угадывались. Выходит, правду говорил бандит Куцый – остатками разума подумал Мика, здесь контролеров видимо-невидимо.      - Иди ко мне!- и он послушно разворачивался и топал в первый проулок.      - Иди ко мне!- и ноги сами несли его в противоположную сторону.      - Иди ко мне!- приказывали из-за высокого забора.      - Иди ко мне!- звал контролер с окраины города.      - Не хочу!- неожиданно для себя крикнул Мика,- не хочу! Заткнитесь! Пожалуйста…      Он опустился в полном изнеможении на бетонную дорожку и заплакал. А когда успокоился, обнаружил, что хотя голоса контролеров все еще звенят в голове, былой власти над ним уже не имеют. Во всяком случае, захотел он сесть – и сидит. Захочет встать – встанет. И пойдет не туда, где его ждет голодный монстр, а туда, где его ждут люди. В Лиманск.      Открытие, что с контролерами можно справиться, сильно подняло настроение. Он решительно поднялся и пошел по заранее намеченной улице.      - Иди ко мне!- продолжал настаивать контролер.      - Сам иди ко мне!- зло рявкнул Мика,- у меня для тебя сюрприз имеется,… не обрадуешься.            Однако, когда впереди показалась размытая тьмой фигура, очень похожая на человеческую, он испугался всерьез. Это что же, получается – приказал контролеру и тот послушно выполнил приказ? Кто тогда из них контролер?!      …Хотя на лице контролера не было никаких эмоций, на встречу с добычей он шел с тяжелым сердцем. Добыча сопротивлялась. Добыча хотела уйти. Добычу желали перехватить другие сородичи. Он был ближе всех, поэтому и не хотел ни упустить, ни делиться…      Мика почувствовал сильнейший ментальный удар по сознанию. На мгновение показалось, что он стремительно летит по узкому коридору навстречу своему мучителю. Он даже разглядел самые мелкие морщинки возле глаз и подивился – до чего на обычного человека похож…      Удар закончился. Мика обнаружил себя на том же самом месте, еле стоящим на ногах от слабости. Никуда он не летал. Значит, пора действовать самому.      Между пси-ударами любого контролера есть промежутки, когда монстр словно перезаряжает свое страшное оружие. Чем сильнее контролер, тем короче такие промежутки, тем большее число жертв он может поражать одновременно. Этот был сильным, но неторопливым…      Мика не стал ждать нового удара. Выставив вперед палку, он, что было силы, побежал к монстру, успел преодолеть почти все расстояние, и, когда новый удар почти совсем выключил сознание, с разбега воткнул острие во что-то мягкое. С трудом сфокусировав зрение, он поднял страшно тяжелый обрез и ватными пальцами нажал на спусковые крючки. Грохнул сдвоенный выстрел, усиленный эхом от бетонных стен.      …Контролер умер страшно удивленным. Даже на лице у него некоторые мышцы попытались изменить свои обычные положения…      - Он убивает,- сказал кто-то в голове у Мики,- он умеет убивать.      - Он не подчиняется,- подтвердил другой контролер.      - Пусть уходит,- сказал третий. Или первый. Или один и тот же…      - Трусы!- заорал шатающийся Мика, потрясая окровавленным посохом,- выходите, трусы! Я вас всех тут уложу! Я сам великий контролер! Нет! Я Черный Сталкер! Нет, я – Мика Прыгун, истребитель контролеров!      Состояние после пси-удара было почему-то неприятно знакомым. Мика напрягся, с трудом подумал и вспомнил! Так же все плавало и кружилось в голове от выпитой водки…      Голоса в голове стихли, только один - с дальней окраины - позвал еще пару раз по инерции, но тоже вскоре замолчал. По всему выходило, что предъявленный Микой билет на проход через город оказался для местных контролеров действительным.      Он снова рухнул на бетон дороги, привалившись мокрой спиной к ледяной стене. Силы возвращались медленно. Страха было столько, что он уже не мог напугать.      Опомнившись, торопливо перезарядил обрез. Каждую стреляную гильзу выбрасывал, предварительно торжественно поцеловав. В конце концов, далеко не всякий сталкер в Зоне может сказать, что он убил контролера…. А он – может!            Когда ноги перестали дрожать, а зрение перестало двоиться, он встал и зашагал по улице, намеренно не осторожничая. Пусть все знают и слышат! И накликал…
  • 0

#15 Есаул

Есаул

    Advanced Member

  • Members
  • PipPipPip
  • 645 posts

Posted 29 November 2009 - 21:26

     Этот ли кровосос разглядывал Мику из-за забора, или другой – неизвестно. Превосходный слух донес до него эхо выстрелов, а запах только что пролитой свежей крови привел в неистовство. Он остановился в конце улицы, заревел жутким голосом и побежал к Мике, на ходу становясь невидимым.      Откуда только силы взялись! Мика подхватил посох и опрометью помчался прочь, надеясь, что тело мертвого контролера хоть на мгновение задержит страшного монстра.      В тесном проулке шаги обоих раздавались гулко и громко. И именно по шагам Мика понял – кровосос даже не притормозил. Живая кровь для него была куда более привлекательной.      В этот раз в голове не было ничего лишнего. Впрочем, и ничего нужного тоже. Только всплыл обрывок рассказа отца Пимена, показавшийся тогда смешным и нелепым. Что-то об особенностях зрения монстра… что-то про спасительные возвышенности.      Поэтому, когда на ближайшей стене он увидел ведущую на крышу лестницу, сомнений не возникло. Словно белка, Мика ухватился за нижнюю перекладину и буквально закинул свое тело вверх на полтора пролета. Вовремя. Кровосос уже пыхтел под лестницей, выйдя из невидимости и обнюхивая брошенный впопыхах посох со следами крови на заостренном конце.      - Т-ты, с-свол-лочь,- заплетающимся языком вытолкнул из себя Мика,- пшел отсюда! Я тебе не по зубам…, вернее, не по присоскам!      Кровосос услышал его голос и снова заревел, мотая головой в тщетных поисках. Поднять голову и посмотреть наверх он не догадывался. А, может, просто не мог?! Может, у него шея не гнется…. Потому и не видит тех, кто забрался повыше. А совсем не потому, что видит все плоским.      Было что-то одновременно жуткое и сладостное – смотреть на самого страшного монстра Зоны с расстояния вытянутой руки, точнее, ноги. И знать, что он никогда тебя не достанет. И понимать, что он никогда тебя не выпустит…      Мика отдышался и принялся размышлять. Если бы рядом сейчас оказался отец Пимен, он бы наверняка удивился, насколько повзрослел за прошедший день его подопечный подросток. Как стал разумно и логично мыслить. А куда прикажете деваться?! Это вам не на кабанов охотиться – и убежать всегда можно, и опасность не смертельная. Хотя и кабаны тоже – не подарок Зоны…      Кровосос все бегал и бегал по кругу, то становясь невидимым, то снова проявляясь. Мика следил за ним с вялым интересом. В самом деле, еще вчера он бы отдал многое, чтобы хоть одним глазком посмотреть на кровососа, жившего в Темной Долине. Сейчас он отдал бы все, чтобы глаза его не видели.      В какой-то момент Мика вдруг понял, что видит монстра, даже когда он невидим. Ночным зрением. Не четко, конечно – кровосос выглядел в такие минуты словно вихревое облако, а не твердое мускулистое тело. Ради развлечения он принялся угадывать, где окажется монстр в ту или иную минуту. Точно, все сходилось. Он его видел. Ну и что?!      Слезть-то все равно было невозможно. Мика выждал момент, когда кровосос снова выйдет из невидимости, прицелился и выстрелил из обреза. Попал точно в грудь, чуть пониже болтавшихся щупалец. Тот только зло рыкнул и снова ушел в невидимость. Да, дела…      Время шло. Мика поднял голову и посмотрел вверх. Интересно, а куда ведет эта лестница? Кто там ждет его в засаде? Посмотрим? Посмотрим.      Уже не обращая никакого внимания на осатаневшего от бесплодных поисков кровососа, он полез вверх, осыпая мечущегося монстра крупными хлопьями застарелой ржавчины. Вот и крыша. Никого. Вот счастье-то…      Первым делом Мика обошел всю крышу, изучая подвластную ему теперь территорию. Ничего интересного. Крыша была плоской как стол, с небольшим наклоном во внутренний двор. Ни чьих-либо останков, ни вообще чего-нибудь интересного. Пустота.      Он глянул на улицу – кровосос продолжал свою жуткую пляску. Тогда он еще раз обошел крышу в поисках другого выхода. И заулыбался – выходов просто завались!      Можно было слезть с крыши во двор – лестница ждала у самого края. Можно было с этой крыши перебраться на соседнюю, а там – на следующую и таким образом оставить кровососа не только с щупальцами, но и с носом! Можно было спуститься в открытый люк – из него тоже торчали концы лестницы, только деревянной.      Мика огляделся. Несмотря на темноту, чувствовалось - ночь начала сдаваться. Сколько еще – час, два? Неважно. Главное, скоро будет рассвет. Как уверял отец Пимен – днем монстры не охотятся! Подождать дня?      Он даже развязал рюкзак, достал несколько шанежек, но, сколько не пытался, так и не уговорил себя съесть хоть одну. Да и рычание недалекого кровососа аппетита не улучшало.      Мика вздохнул и решил двигаться дальше. Залезать в незнакомые люки или спускаться в незнакомые дворы никакого желания не было. Вряд ли там живут добрые и милые создания. А вот прогуляться по крышам – это для него в самый раз.      Он перегнулся через низенький парапет и кинул в кровососа попавшимся под руку камешком.      - Эй, уродина,- громко сказал Мика,- иди контролеров жрать. А то с голоду сдохнешь, меня ожидая. Слышал? Я сюда еще вернусь, обязательно. С хорошим ружьем самого большого калибра.      Кровосос снова зарычал и заметался в поисках жертвы.      - А я все равно тебя вижу!- почти весело сказал Мика,- эх, надо было с собой пару гранат прихватить….  Ладно, пока.      Прогулка по крышам оказалась легким делом. Очевидно, здесь когда-то была промышленная зона – перекрытия были на разных уровнях, но это скорости передвижения не мешало.      То и дело снизу раздавался рев очередного кровососа, взбудораженного запахом живой крови и шумом шагов, но Мика быстро привык и перестал обращать на это внимание. Только сердце сжималось и сбивалось с ритма на крошечный миг…      Все хорошее когда-нибудь заканчивается. Закончился и длинный ряд крыш, соединенных в одно целое. Перед Микой лежал неширокий двор. На той стороне снова начинались здания. И лестница, ведущая наверх, имелась. Оставалась сущая ерунда – спуститься и перебежать открытое пространство.      Много томительных минут он пролежал на краю крыши, восстанавливая дыхание, набираясь сил и решимости. Наконец, почувствовав, что ночной холод уже окончательно завладел его конечностями, начал спуск.      С этой стороны лестницы не было. Следовательно, не было и пути назад. Мика примерился, спрыгнул на штабель ящиков и замахал руками, пытаясь удержаться. Тщетно. Ветхие доски не выдержали удара, штабель медленно начал разваливаться, поднимая клубы трухи и пыли. В дальнем углу двора тут же раздался рев кровососа.      - Блин, да сколько же вас тут,- пробормотал Мика, торопливо выбираясь из груды досок с торчащими во все стороны ржавыми гвоздями. Он подбежал к примеченной лестнице и остановился перед ней, полный ужаса и разочарования – первая перекладина  оказалась слишком высоко!      Кровосос уже мчался, переходя на бегу в режим невидимости.      Мика огляделся и рванул в ближайший угол, где стояли какие-то высокие предметы, схватил один – бочку – и не смог ее даже сдвинуть с места. Схватил вторую бочку – пустая!- помчался обратно к лестнице.      Кровосос сопел уже где-то рядом.      Мика поставил бочку под лестницей, отбежал на пару шагов, развернулся и прыгнул. Не зря его называли Прыгуном, не зря! В два шага он запрыгнул на бочку, оттолкнулся и схватился за нижнюю перекладину лестницы. Ну, а уж подтянуться и залезть выше – не проблема для того, в чей затылок дышит голодный кровосос…      Потом он долго лежал на гладкой металлической поверхности, с наслаждением глотая холодный ночной воздух проклятого города монстров. Кровосос метался внизу, раскидывая трухлявые доски, роняя бочки, и никак не мог понять – куда подевалась еда…      Новый ряд крыш вел в нужную сторону, на север. Во всяком случае, Мика старался думать, что это именно так. Он шел и шел, то топая по бетону, то гремя железом, то шурша слежавшейся листвой поверх мягкой смолы. И остановился только тогда, когда до его слуха донесся не очередной рев очередного кровососа, а тоненький канючащий плач испуганного маленького ребенка.            Дети в Ростоке?! Мика удивился. И даже немного обрадовался – если есть дети, то должны быть и их родители! Здесь? А почему бы и нет? В Лиманске ведь живут…      Плач доносился из высокого здания, к которому примыкала следующая по ходу крыша. Он подошел к стене – все окна выбиты, огонь не горит. Ну и что? Это даже правильно – зачем огнем к себе монстров подманивать. А вот ребенка нужно успокоить как можно быстрее – у кровососов отличный слух…      Точно также плакал по ночам младший братик Мики. У Коляши часто болел животик, от этого и помер накануне Рождества…      Вдоль окон на самый верх здания тянулась какая-то железная труба. Мика не стал залезать в ближнее окно, справедливо рассудив – вдруг ему не будут здесь рады. Еще выстрелят с перепугу. Сначала осторожно заберется и поглядит, кто там. А уж потом можно будет и голос подать.      Лезть по трубе оказалось делом не более сложным, чем карабкаться по лестнице. Правда, получалось не слишком тихо, но в городе и так стоял непрерывный рев кровососов, отмечающий путь, по которому прошел Мика. Так что шум от Мики был почти не слышен.      Он долез до нужного окна, ухватился за подоконник и осторожно заглянул внутрь. Странно. По идее, здесь должно пахнуть жильем, малыми детьми, человеческим потом, на худой конец. А пахло пылью, сыростью и еще чем-то неприятным.      Он напряг ночное зрение и среди разного хлама в дальнем углу разглядел маленькую фигурку ребенка. Больше никого в комнате не было. На охоту ушли, что ли? Все в этом городе не как у нормальных людей…      Он не успел додумать мысль до конца, как в комнате неожиданно зашевелилось что-то большое и прямоугольное. А потом это большое и прямоугольное со свистом пронеслось мимо его уха и рухнуло вниз, развалившись на разнокалиберные доски. Мика глянул вслед и с удивлением понял – шкаф. Был. В него только что кинули шкаф.      Вслед за удивлением пришло и понимание.      - Так ты не маленький ребенок,- тихо сказал он коротенькой плачущей фигурке,- ты бюрер! Монстр! Понятно. Да, хорош бы я был, если б сразу к тебе в комнату залез…      Он пригнулся, потому что в оконную раму с треском врезался еще один большой предмет – стол, что ли. И торопливо начал спускаться. Вот и с бюрером свиделся. Кто там из монстров остался? Снорки. И псевдогигант. Век бы их не встречать, проклятых.      Больше от намеченного пути Мика не отвлекался, хотя и слышал детский плач то с одной, то с другой стороны. Если в этом городе и есть люди – пусть сами со своими проблемами разбираются. Или подождут, пока он свои дела доделает. Нужно торопиться, в Лиманске ждут его помощи, а не рассказов о бюрерах и кровососах.      Когда крыши кончились совсем, он еще довольно долгое время шагал по каким-то огромным трубам, тянувшимся от зданий куда-то вдоль дороги. Слева все также высились бетонные коробки зданий, но перебираться туда не было никакого желания – рев кровососов в той стороне стоял совсем уж многоголосый. Да и на воротах, причудливо изогнутых чудовищными ударами изнутри, кто-то заботливый в давние времена написал белой краской – Дикая Территория. Опасно для жизни. Мика верил, и проверять соответствие надписи содержанию не собирался.      Почти совсем уже рассвело. А вместе с первыми лучами солнца кончились и трубы – просто изогнулись и под прямым углом ушли в землю. Дальше предстояло передвигаться по земле, от которой Мика за эту ночь даже немного отвык.      Он передохнул, проверил готовность оружия к бою и срубил себе новый посох. Несмотря на слипающиеся после бессонной ночи глаза, побрел по покрытому трещинами асфальту на север. Там, по его предположениям, должны были располагаться Военные Склады – один из самых неспокойных, но и самых обжитых районов Зоны.
  • 0



Reply to this topic



  


0 user(s) are reading this topic

0 members, 0 guests, 0 anonymous users